Берлин в темноте: как Украина может научить Европу выживать под ударами врага
Субботняя диверсия в Берлине с отключением части города от электроэнергии шокировала Германию, и ее последствия до сих пор не устранены. Журналистка Мария Цатурян констатирует явную неготовность Европы к подобным вызовам и советует нашим друзьям поучиться у Украины энергетическому выживанию.
Берлинский блэкаут — это на самом деле история о том, как Европа постепенно осознает собственную хрупкость перед угрозой гибридных и физических атак на критическую инфраструктуру. Как эффективнее перейти от осознания к действиям? Короткий ответ: привлечь Украину. Потому что без нас в перспективе 3–5 лет вряд ли удастся утверждать о европейской энергетической устойчивости. Ее развитие и для Украины, и для ЕС — один из пока недооцененных аспектов нашей интеграции.
А берлинский кейс стоит отдельного внимания, потому что он является типичной иллюстрацией европейской "хрупкости". Ведь очевидно, что диверсии для Европы, к сожалению, рискуют стать обыденностью.
Итак коротко — что произошло? Левые экстремисты из Vulkangruppe в субботу, 3 января, повредили сразу 5 (!) высоковольтных линий электропередачи классом напряжения 110 кВ, которые обеспечивали выдачу мощности с Лихтерфельдской ТЭЦ. И еще "лег" с добрый десяток линий меньшего класса напряжения (10–30 кВ). Заодно повреждения получили теплотрассы и водоканальные сети — все проложено в одном кабельном канале. Результат — хорошо известный украинцам и шокирующий для немцев: юго-западный район Берлина в блэкауте, 45 тысяч домохозяйств оказались без света, частично тепла, воды — и все это зимой. Местное облэнерго Stromnetz Berlin прогнозирует, что ремонт продлится не менее 5–6 дней — свет обещают вернуть не раньше четверга, 8 января.
Если отбросить украинское злорадство и многочисленные комментарии "тю, наши бы энергетики за считанные часы бы починили", возникает вопрос: а почему так долго? И вот тут начинается самое интересное: многолетняя европейская модель управления энергосистемами, оптимизированная под стабильные условия и низкий уровень физических угроз, сегодня оказывается уязвимой перед угрозой кризисов, атак и диверсий. То, что считалось логикой эффективности, экономической целесообразности и безопасности в мирное время, в новой реальности становится источником дополнительных рисков. Это не означает, что европейцы "слабые" и "ничего не понимают". Это означает, что у Европы и Украины есть общий ряд задач для решения.
Важно
Лишь некоторые элементы "энергетической хрупкости":
- Возвращаясь к Берлину. Нет резервных альтернативных линий электропередачи такой мощности, которые позволят запитать густонаселенный район Берлина. А как же принцип Н-1, который является золотым стандартом надежности энергосистемы? Этот принцип по сути означает, что каждый объект должен иметь "двойника", который способен его заменить. А он формально был соблюден: кабелей же было 5, значит, если 1 выйдет из строя, есть еще 4 для резервирования. Потому что ситуации, когда сразу 5 высоковольтных кабелей выходят из строя, просто не может быть. А еще экономически целесообразно и высоковольтные кабели, и тепловые, водоканальные сети прокладывать в одном канале. Потому что парадигма мира, в котором до сих пор жила Европа, "никогда снова война" на энергетическом языке звучит так: "Никто никогда не будет нападать на критическую инфраструктуру". Такая топология высоковольтной сети, заложенная еще в начале ХХ века, присуща не только Берлину, но и большинству европейских столиц и крупных городов с многолетней историей, особенно в странах западной и северной Европы.
- Снова к Берлину и не только. Исторически, в странах Европы распределительная сеть в населенных пунктах (система распределения) от 70 до 90% — подземная, а не воздушная. Один из ключевых ответов, особенно в Германии, — NIMBY. Логика людей такова: хотите строить электрические линии или объекты? Прекрасно, но Not In My Back Yard. То есть не в моем селе, городе, общине, регионе. Потому что экология, электромагнитное воздействие, опасность для человека. Добавьте устойчивость подземных сетей к погодным условиям. И вуаля — европейцы готовы тратить больше при строительстве (например, стоимость 110 кВ линии на км в среднем в 3–5 раз выше, чем аналогичной воздушной 110-ки), проводить технологически значительно сложнее ремонты (соответственно и дольше) и по 10–15 лет ждать разрешений на строительство энергообъектов. У подземной сети есть свои преимущества, но такая инфраструктура менее устойчива к атакам и диверсиям — повреждение в одном месте средствами значительно более дешевыми, чем БПЛА, может вывести из строя целый энергоузел (доказано Берлином).
- Мировоззренческий подход "никто никогда не будет...", кстати, открывает более серьезные пробелы в безопасности европейских энергосистем. Лишь один, но довольно красноречивый пример из сферы физической безопасности инфраструктуры. Исторически в большинстве европейских стран высоковольтные подстанции — это автоматизированные объекты, которые управляются дистанционно (при случае — привет киберзащите) или с минимальным персоналом и охраной, часто без видеонаблюдения и невысокими заборами из сетки-рабицы. Потому что экономически целесообразно, а вандализм и технические аварии — это чрезвычайно редкие случаи. Поэтому и ремонтные бригады высококвалифицированных и дорогостоящих инженеров нет смысла держать в штате, лучше аутсорс. Ну потому что редкие случаи. Еще в 2022–2023 годах наши вопросы к европейским энергетикам вроде "А что, если кто-то достанет из рюкзака коктейль Молотова и швырнет в автотрансформатор, который через сетку в зоне досягаемости? А есть ли чем его быстро заменить, есть ли кому его быстро заменить, и продуманы ли резервные схемы?" — скорее вызывали у них желание вызвать украинцам бригаду санитаров. Потому что см. п.1 — "никто никогда не будет нападать на критическую инфраструктуру". Я недавно поинтересовалась, а кто из операторов энергосистем Европы принял за это время больше всего мер по усилению хотя бы физической безопасности высоковольтных объектов. Ответ очевиден — те, кто больше всего осознают угрозу: Польша, страны Балтии, Финляндия и другие страны Северной Европы.
- Стандарты энергетического мира и подходы к управлению энергосистемами в Европе отстают от реалий "на земле". В частности, в 20 годах ХХІ века из-за "зеленого" перехода и бума технологий с ВИЭ начали меняться физические параметры и реакции энергосистемы на те или иные факторы. И только полный блэкаут в Испании и Португалии весной 2025 года, когда в одной точке сошлось несколько физических факторов вместе с высоким уровнем "зеленой" генерации, стал катализатором для начала (!) высокоуровневого технического диалога об изменении подходов к сбалансированию энергосистем в энергетическом ЕС.
А как лечить хрупкость? Короткий ответ — по украинским рецептам.
Украинский опыт, умноженный на умение европейцев планировать и выполнять среднесрочные стратегии, может позволить создать устойчивые и масштабируемые:
- а) системы защиты энергетических объектов в ЕС (как физическая защита, так и ПВО, взаимодействие энергетиков и военных);
- б) системы тренировки, подготовки и обучения персонала по реагированию на кризисные ситуации и ускорения темпов восстановительных работ, ликвидации последствий атак;
- в) формирование общих запасов и фондов критического оборудования;
- г) балансировка энергосистемы, когда быстро теряются ее элементы, возникают возмущения и колебания и т д.
В таком сотрудничестве Европа для нас — тоже не только финансовый донор. Их опыт регионального развития и современные технологии "озеленения" энергетики, развития электростанций на биомассе, маневровых мощностей, систем накопления может позволить Украине построить 3-й и не менее важный элемент нашей энергетической устойчивости, чем ПВО, — децентрализованную генерацию в украинских регионах.
Это сотрудничество постоянно происходит на уровне энергетиков отдельных стран и объединения операторов европейских энергосистем, но не ведется Украиной на политическом общеевропейском уровне системно. А стоило бы поторопиться — потому что может случиться так, что в ближайшей перспективе умение энергосистем "выживать" под атаками может стать важным фактором устойчивости и безопасности не только Украины, а всей Европы.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.
Важно