Город, который нельзя сжечь: уроки Блумсдэя с Джойсом на фоне российских обстрелов
Сегодня в Дублине отмечают Блумсдэй — праздник памяти Джеймса Джойса, точнее — главного героя его культового романа "Улисс". Вспоминая об этом, киновед Алексей Росовецкий по-хорошему завидует ирландской столице, которую Джойс сделал бессмертной на своих страницах, и жалеет, что украинские города не имеют таких "литературных хранителей", в силах которых — сделать Киев, Одессу, Днепр, Харьков недосягаемыми для разрушения.
Сегодня в Дублине состоится 73-й по счету Блумсдэй — праздник, посвященный одной из самых противоречивых книг в истории литературы, роману Джеймса Джойса "Улисс". Отмечать этот странный праздник будут по всему миру. Но именно в Дублине, где происходит в течение одного дня (понятное дело, 16 июня) действие этого не менее странного романа, Блумсдэй превращается на настоящий ритуал.
Участники массово переодеваются в костюмы эдвардианской эпохи начала XX века. На улицах можно встретить сотни людей в соломенных шляпах-канотье, котелках, жилетках и с тростями, женщины одеты в длинные платья того времени. В этот день все они в буквальном смысле шагают по следам джойсовского текста, по тем улицам, которыми шагали герои романа во главе с Леопольдом Блумом, главным героем книги.
Начиная башней Мартелло на берегу Дублинского залива, где начинается первая глава и где сейчас располагается музей писателя. И до кладбища Гласневин, где герои "Улисса" хоронили Падди Дигнама — как и все прочие персонажи романа, прототипом бедолаги Падди послужил реальный дублинец, хороший знакомый Джойса, утонувший летом 1904 года. А на самом кладбище покоятся и многие другие реальные исторические деятели, упоминаемые в тексте.
Впрочем, даже без книги в руках заблудиться сложно: в Дублине легко можно найти специальные бронзовые таблички, указывающие путь героя.
Это не единственный литературный праздник, привлекающий туристов. Существует и День хоббита, и День возвращения в Хогвартс, и День Алисы, которая волею Льюиса Кэррола оказалась в Стране чудес. Но Блумсдэй — это единственный в мире литературный праздник, посвященный не столько писателю (и даже не литературному герою, хотя и называется в его честь), а городу, который они сделали бессмертным.
"Я хочу дать такую полную картину Дублина, что, если город однажды внезапно исчезнет с лица земли, его можно будет восстановить по моей книге", — говорил Джойс своему другу, художнику и писателю Фрэнку Баджену, который наблюдал за процессом создания романа.
И это правда. Если герою нужно было перелезть через забор дома, то Джойс уточнял высоту реального забора на вполне конкретной улице. В его романе Дублин действительно застыл навеки таким, каким город был 16 июня 1904 года. "Улисс" стал уникальным литературным памятником Дублину.
Важно
Кажется символичным, что накануне Блумсдэя российские террористы нанесли очередной удар по Киеву крылатыми ракетами, которым уничтожили очередную достопримечательность столицы. Кроме прочего, Киев остался без знаменитой барахолки на метро "Почайная", которую сторожилы называют "Петровкой", по прежнему названию станции.
Старейший книжный рынок Украины, к счастью, не пострадал. Сгорел блошиный рынок с винтажной одеждой, антиквариатом, игрушками, аудиотехникой, да чем угодно — от редких музыкальных записей, за которыми коллекционеры "винила" съезжались со всего города, до откровенного мусора, до которого, как оказалось, тоже есть охотники.
По выходным здесь можно было встретить с утра пораньше большинство столичных модников, коллекционеров, библиофилов, "диггеров" редких пластинок, десятки стильных и увлеченных людей со всего города. Но теперь вряд ли.
Киевская Лавра, Киностудия имени Довженко, одесский "Привоз" и Спасо-Преображенский собор, Дом органной и камерной музыке в Днепре — конечно же, террористы на этом не остановятся. И, к большому сожалению, у нас нет своего Джойса с его "Улиссом", который бы запечатлел все дорогие нашему сердцу места, которые уничтожили или изуродовали русские. Или все-таки есть?
Книжному рынку в этом смысле повезло: у "Петровки" есть киевский прозаик Алексей Никитин. В его романе "Маджонг" (на украинском книга вышла в 2017 году в харьковском издательстве "Фабула"), сюжет которого вдохновлен культурологическими детективами Артуро Переса Реверте, книжный рынок — отдельная экосистема в жизни города. В этой остроумной и увлекательной книге "Петровка" стала главной ареной для форменной войны библиофилов, одержимых поиском бесследно исчезнувшего (и в реальности не существующего) третьего тома "Мертвых душ" Николая Гоголя.
Это как раз тот джойсовский случай, когда книжный рынок исчезнет с лица столицы, — а рано или поздно это произойдет, по книге Никитина можно легко восстановить в памяти и его лабиринты, и типичных обитателей.
На фоне регулярных обстрелов джойсовское восприятие литературы как резервной копии реальности обретает не просто терапевтический смысл. Ракетный огонь может уничтожить торговые ряды, любимые маршруты и даже целые кварталы, но если они скрупулезно, с огромной любовью к деталям зафиксированы в тексте — они становятся недосягаемыми для разрушения. Слова сегодня — это, возможно, единственный по-настоящему несгораемый материал.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.
Важно