Реквием по "Грузинской мечте". К чему приведет очередная революция в Тбилиси

Фото: Getty Images
Фото: Getty Images

После провала конституционной реформы место главы грузинской правящей партии окажется вакантным. Но вряд ли его суждено занять Михеилу Саакашвили

После того как представители правящей партии "Грузинская мечта", лидера которой Бидзину Иванишвили называют теневым правителем Грузии, провалили голосование по проекту обещанной конституционной реформы, 17 ноября оппозиция вывела несколько тысяч человек на улицы Тбилиси. Протестующие заблокировали парламент и не пускали туда депутатов. Бывший мэр грузинской столицы Гиги Угулава, обращаясь к сотрудникам МВД, заявил: "Это здание мертво". А еще один лидер оппозиции, Григол Вашадзе, главный конкурент нынешнего президента на выборах 2018 года, воскликнул: "Эта ночь покажет, на что мы способны!"

Ночь минула. А на следующий день рекордное количество спецназовцев зачистили проспект Шота Руставели перед зданием парламента и вокруг него. На этот раз обошлось без крови, резиновых пуль и слезоточивого газа. Хватило плотных рядов силовиков, водометов, звуковых сигналов и задержания 37 участников акции протеста. Нино Бурджанадзе, экс-спикер парламента, лидер оппозиционной партии "Единая Грузия — демократическое движение", назвала произошедшее "политическим самоубийством". "Грузия в кризисе. Власть Иванишвили подходит к концу", — говорит она.

"Никакого кризиса нет", — оппонирует такой точке зрения Каха Каладзе, мэр Тбилиси и генсек правящей партии (которого в Украине хорошо помнят как футболиста киевского "Динамо").

Однако противостояние продолжается. Протестующие вернулись к зданию парламента. Как сказал один из лидеров оппозиционной партии "Европейская Грузия" Акакия Бобохидзе: "Ничего не меняется, и протест с требованием отставки правительства и назначения досрочных парламентских выборов продолжается".

Эхо "ночи Гаврилова"

Все началось с появления 20 июня 2019 года в Тбилиси Сергея Гаврилова, депутата-коммуниста Госдумы РФ. Тот оказался на берегах Куры ради участия в Межпарламентской ассамблее православия (МАП). Если бы гость из Москвы присутствовал на парламентской сессии на правах обычного участника, возможно, никаких общественных волнений не произошло бы. Но он обосновался в кресле главы парламента и говорил на русском языке. Грузины восстали, восприняв происходящее как национальное унижение. Власть отреагировала на это совершенно неадекватно. В ход пошли резиновые пули. В больницы начали поступать сотни раненых. Некоторые лишились глаз. Кое-кто находился в тяжелом состоянии.

Неясно, почему власть выбрала именно такой сценарий общения с народом, вышедшим на протест. Как можно понять по репликам высоких "мечтателей", там считали, что выступления инспирировала партия Михеила Саакашвили "Единое национальное движение" (ЕНД). А раз так, смутьянам следовало устроить публичную порку. В некотором смысле Саакашвили сегодня для официального Тбилиси играет роль "Троцкого в изгнании" — на него всегда можно повесить всех собак. Однако в данном случае зацикленность на его фигуре обернулась явным перебором. А ошибочность подобного подхода обнаружилась на следующий день после кровавой бани: без какого-либо заметного участия со стороны ЕНД на митинг пришло больше людей, чем накануне.

Власть начала "отползать". В ход пошли компромиссы и "жертвоприношения". Глава парламента Ираклий Кобахидзе ушел с поста. Ответственный за проведение сессии МАП Захария Куцнашвили сложил депутатские полномочия. Однако оппозиции и ее сторонникам этого было мало. Главным виновником бойни все считали министра внутренних дел Георгия Гахарию — именно в его кабинете сходятся нити, с помощью которых президент контролирует страну. Протестующие требуют его отставки. Но Гахарию Иванишвили не сдал. Наоборот, в сентябре он пошел на повышение: его назначили новым премьером. В соответствии с последней редакцией конституции, превратившей Грузию в парламентскую республику, должность главы правительства — это реальная власть в стране.

Изгнание Гаврилова разрушило миф о нормализации отношений с Кремлем. Владимир Путин без промедления распорядился прервать воздушное сообщение с Грузией. Едва ли не единственная отрасль страны, демонстрировавшая устойчивую позитивную динамику, туризм, оказалась в весьма уязвимом положении. В связи с этим среди некоторых комментаторов начала гулять конспирологическая теория: мол, Путин специально своего "казачка" сюда заслал, зная, какой может быть реакция на Гаврилова, усевшегося в кресло спикера грузинского парламента. Цель — спровоцировать такое развитие ситуации, которое бы дало хозяину Кремля основание для введения "туристического эмбарго".

Не разыграв гамбит с фигурой Гахарии, Иванишвили вынужден был сделать в июне иные посулы. Главный из них — быстрый переход от смешанной избирательной системы к пропорциональной. Именно это перевело высокую волну летнего протеста в штиль. Оппозиция перешла в режим ожидания. Если бы олигарх выполнил свои обещания, страна на следующих выборах весной 2020-го сформировала бы депутатский корпус на чисто пропорциональной основе. До этого речь велась о том, чтобы реформа начала работать на выборах 2024 года. Кровавые последствия "ночи Гаврилова" и опасения, что ситуация может выйти из-под контроля, побудили власть бросить оппозиции желанную кость пораньше.

"Реанимация" парламента. Демонстранты перед "мертвым" зданием законодательного органа требуют проведения досрочных выборов

Ноябрьский переворот

14 ноября стало ясно, что Иванишвили обманул политических противников. "Грузинская мечта" провалила принятие законопроекта: трое парламентариев проголосовали против, около 40 отказались от участия в голосовании. В знак протеста восемь депутатов покинули ряды парламентского большинства. Среди них — знаковые фигуры: вице-спикер Тамар Чугошвили, председатель комитета по европейской интеграции Тамар Хулордава, председатель комитета по образованию Мариам Джаши, председатель комитета по внешним связям Софо Кацарава. Стало ясно, что веское слово вновь предстоит сказать улице. Как выразился Гиги Угулава: "Иванишвили кинул народ, и теперь народ должен выкинуть Иванишвили".

Последний, впрочем, попытался вновь возложить вину за провал конституционной реформы на Саакашвили. По мнению олигарха, соратники экс-президента "специально оскорбляли в зале пленарных заседаний депутатов-мажоритариев, и у тех просто не выдержали нервы". Вдобавок он высказал сожаление по поводу того, что инициатива "не прошла". Однако оппозиция отнеслась к его словам примерно с той же степенью доверия, какое вызывают у наблюдателей крокодиловы слезы.

Убить "мажоритарку"

Именно мажоритарная система позволяет политической силе, находящейся у власти, удерживать ее с максимальной эффективностью. Иванишвили не первый, кто это понял. Когда весной 2011-го тогдашние оппозиционеры предложили ликвидировать мажоритарные округа, президент Саакашвили назвал их инициативу "глупостью".

Из 150 грузинских депутатов 77 избирают по партийным спискам, а 73 — по мажоритарной системе. На парламентских выборах 8 октября 2016 года за правящую партию "Грузинская мечта" проголосовали 49% избирателей. Партия должна была получить примерно 73 места. Однако ей удалось добиться конституционного большинства — 115 мест. Партия власти взяла всю "мажоритарку" по стране!

Финансовые соображения — еще один аргумент в пользу того, что от мажоритарной системы Грузии следует отказываться. Содержание офисов депутатов-мажоритариев обходится примерно в $1,4 млн в год. Притом 71% населения страны понятия не имеет, кто у них депутат по округу. Об этом свидетельствуют данные опроса Национального демократического института Грузии (NDI), опубликованные в январе текущего года.

Причем часть таких избранников не слишком обременяет себя парламентской деятельностью. Есть те, кто за год ни разу не использовал своего права на выступление. А получить какую-то информацию о работе грузинских мажоритариев не всегда удается даже таким организациям, как Transparency International.

Конфликт и его бенефициарии

Одним словом, перемены в избирательном процессе Грузии представляются насущной необходимостью. Тем не менее власть решилась их заморозить, зная, чем это может отозваться в обществе и как на это могут отреагировать за рубежом. Внутри страны кадры с людьми, вышедшими на протест, говорят сами за себя. К тому же известны их требования:

— отставка "криминального правительства";

— проведение досрочных выборов по чисто пропорциональной системе;

— освобождение политзаключенных, задержанных после протестов 20–21 июня 2019 года;

— новые правила комплектации Центральной избирательной комиссии.

Реакция Запада в основном сдержанная, но тоже негативная. Так, глава представительства Европейского союза в Грузии Карл Харцел после консультаций с Иванишвили 15 ноября заявил: то, что произошло накануне в парламенте Грузии, "вредит доверию между политическими партнерами, а также доверию со стороны широкой части общества и увеличивает риски поляризации". Содокладчики ПАСЕ по Грузии Титус Корлэцян и Клод Керн выразили "глубокое сожаление" и назвали случившийся демарш "шагом назад". Посольство США в Грузии сделало заявление со словами разочарования по поводу того, что конституционные поправки не получили достаточного количества голосов от парламентариев из "Грузинской мечты". А американский конгрессмен Адам Кинзинджер, сопредседатель "Группы друзей Грузии" в Конгрессе, признался, что "был шокирован, узнав о провале обещанных реформ в парламенте Грузии": "Грузия — это не Россия, и грузинский народ требует и заслуживает большего, чем то, что сегодня показал его парламент".

Очевидно, действующая власть предпочла конфликт сразу на нескольких фронтах перспективе проигрыша на выборах, который мог бы стать реальностью уже через несколько месяцев.

Действующая власть предпочла конфликт сразу на нескольких фронтах перспективе проигрыша на выборах, который мог бы стать реальностью уже через несколько месяцев

Однако сказать, кто бы стал бенефициарием от нововведений, трудно — хотя бы потому, что негативного рейтинга хватает и у тех, кто представляет нынешнюю власть, и у тех, кто находится к ней в оппозиции. Об этом свидетельствуют результаты опроса, проведенного в сентябре-октябре авторитетной американской неправительственной организацией IRI (International Republican Institute). "Чемпионом" здесь выступает нынешний президент Саломе Зурабишвили: 70% оценивают ее отрицательно. У Бидзины Иванишвили антирейтинг — 57%. Но у некоторых лидеров оппозиции он даже выше: 59% опрошенных отрицательно оценивают лидера "Альянса патриотов" Ирму Инашвили, лидера партии "Демократическое движение" Нино Бурджанадзе и генерального секретаря партии "Европейская Грузия", бывшего мэра Тбилиси Гиги Угулаву.

В исследовании не было использовано имя Михеила Саакашвили, у которого сегодня специфи­ческие отношения с грузинской политикой. От его партии ЕНД власть отмахивается как черт от ладана. Хотя сам он из Украины призывает своих сторонников "поставить точку в правлении вонючего и безграмотного российского олигарха Иванишвили". Но приближает ли это хоть какие-то его перспективы возвращения во власть?

В конце октября, еще до нынешних событий, на сайте президента Грузии хакеры разместили фото улыбающегося Михо с надписью I"ll be back. Однако в триумфальный въезд Саакашвили в Тбилиси верят немногие. Руководитель грузинского Института стратегии и управления Петр Мамрадзе говорит: "Даже если будут дестабилизация, досрочные парламентские выборы — у Саакашвили шансов на победу нет. Его поддержка в Грузии не превышает 10%. Но очень велик отрицательный рейтинг. Он осужден, находится в розыске. Конечно, он фантазирует, что пойдут благоприятные для него изменения, сотни тысяч людей будут встречать его в аэропорту, его не только не арестуют, но он сам всех, кого хочет, арестует. Этого быть никак не может!"

Однако дело, скорее всего, не в фигуре Саакашвили, а в том, что она олицетворяет для грузин. Возможно, точнее всего о том, как выглядит ситуация для грузинского общества, если ее проецировать из прошлого в будущее, сказал грузинский журналист Дмитрий Мониава: "14 ноября в Грузии восторжествовал дух восточного деспотизма вопреки свободе, справедливости и общепризнанным этическим принципам. Всю историю грузинской политики и (что, вероятно, важнее) культуры можно представить в виде летописи не всегда осознанной, но, как правило, успешной борьбы с этим ненасытным духом, угрожающим основам национальной идентичности. На самом деле все проще, чем кажется, и для того чтобы Грузия жила, Бидзинистан, как и Мишистан, должен быть разрушен".

Так что падение Иванишвили и его "Мечты" вряд ли станет воскрешением Саакашвили и небывалым взлетом его ЕНД. Перемены, вероятно, будут иными. В определенном смысле куда более радикальными и идущими на пользу грузинскому народу, которого жизнь научила, как следует бороться за демократию. Пусть даже эта борьба требует жертв и не сразу приносит плоды.