Солдаты "серой" зоны. Куда идут люди, которые умеют и могут воевать и не видят себя в мирной жизни

Семен Семенченко, бывший народный депутат, батальон Донбасс
Фото: УНИАН | ГЛАВНЫЙ ПО­ДО­ЗРЕВАЕМЫЙ. Бывший народный депутат Семен Семенченко подозревается в создании незаконного вооруженного формирования

Скандал вокруг так называемой ЧВК экс-нардепа Семена Семенченко — повод либо для легализации ­военно-консалтинговой деятельности, либо для перераспределения сфер влияния в "серой зоне".

На минувшей неделе суд арестовал на два месяца бывшего нардепа Семена Семенченко и "внештатного агента НАБУ" Евгения Шевченко, в прошлом бойцов добровольческого батальона "Донбасс". Служба безопасности Украины подозревает их в создании незаконного вооруженного формирования — частной военной компании. Она, по мнению следствия, "готовилась к совершению тяжких преступлений, в том числе против основ национальной безо­пасности".

Накануне ареста правоохранители провели 80 обысков — в местах, где якобы проживали и тренировались участники организации под названием "Донкорп Украина", обнаружили склад с оружием. Во время судебного заседания Семенченко настаивал, что не является бенефициаром и не руководит этой охранной структурой, но и не отрицал своей причастности к Donbass Battalion Corporation (компании, созданной в 2018 году якобы украинскими ветеранами-добровольцами и зарегистрированной в США).

"Ее цель — противодействовать России на международном уровне. В частности, где работает российская ЧВК Вагнера", — сказал экс-нардеп. В прокуратуре уверены, что Семенченко и Шевченко причастны к работе двух связанных между собой компаний, которые, кроме прочего, вербовали украинских граждан с опытом боевых действий и проводили военную подготовку для работы по контрактам за границей.

Параллельные армии

Самые крупные частные военные компании (ЧВК) — с американской пропиской. Они насчитывают от 5 тыс. до 20 тыс. сотрудников. Подобные зарегистрированы также в Великобритании, Франции, России. Официально они называют себя военными подрядчиками и предлагают широкий спектр услуг: от охраны политиков и объектов — военных баз, посольств, нефте- и газодобывающих предприятий, суден — до предоставления консультаций и сбора разведывательной информации. Известны случаи участия представителей ЧВК в транспортировке гуманитарных грузов и спасательных операциях после стихийных бедствий. Неофициально о них все чаще говорят как о наемниках, не соблюдающих правил и обычаев ведения войны, грубо нарушающих права человека.

В $200 млрд оценивается экспертами рынок частных военных компаний

За последние 20 лет влияние ЧВК в мире значительно выросло. По данным журнала The Economist, из небольшой специализированной ниши этот рынок превратился в глобальный сектор услуг объемом около $200 млрд. Это произошло после терактов 11 сентября 2001 года и объявления глобальной кампании по борьбе с терроризмом. По подсчетам специалистов, в 2006-м на 140 тыс. американских военных в Ираке приходилось около 100 тыс. участников разных частных военных компаний. Последние охраняли политиков, тренировали местную армию и даже допрашивали задержанных.

Сегодня ЧВК — это и бизнес, и политика. Как правило, в большинстве стран ЧВК контролируются государством и нередко выполняют его задания, пусть и неофициально. Самый яркий современный пример такого сотрудничества — российская ЧВК Вагнера. В 2014–­2015-м ее представители участвовали в боевых действиях на Донбассе, в 2017–­2018-м — в Сирии. В одном из докладов ООН речь идет о том, что ЧВК Вагнера действует в Ливии — около 1200 человек воюют на стороне генерала Халифы Хафтара против признанного ООН правительства национального согласия. О присутствии граждан РФ в Ливии президент РФ Владимир Путин как-то сказал, что они не представляют интересы российского государства, а могут продавливать свои бизнес-интересы. Действительно, Россия с помощью ЧВК ведет борьбу за природные ресурсы: в Судане тренирует местных солдат в обмен на добычу золота, в ЦАР воюет с повстанцами и получает ­алмазы и уран.

Украинский вариант ЧВК

За семь лет с начала военной агрессии РФ против Украины в нашей стране сформировался пласт людей, которые умеют и могут воевать, уже не видя себя в других сферах. В разговорах с Фокусом представители бывших добровольческих батальонов рассказывают, что устали от украинской войны, когда надо только сидеть и ждать, и не против зарабатывать в секторе обороны. Тем более некоторые из них уже служили по контракту: кто-то в отечественной охранной структуре, кто-то — в частной военной компании по охране морских судов.

ЧВК, дикие гуси, наемники, спецназ
Бойцы ЧВК
Фото: Getty Images

Ныне возможностей для трудоустройства бывших военных и правоохранителей в Украине несколько.

Первая — в охранной фирме. Их зачастую создают бывшие командиры. Количество подобных структур с каждым готом растет: в ­2013-м таких было около 4 тыс., сейчас — более 6,5 тыс. Они занимаются охраной предприятий, а также частных лиц.

Вторая возможность открыта для людей не только с боевым опытом и готовностью к работе в зонах повышенного риска, но и со знанием нескольких иностранных языков. Они подписывают контракты с иностранными компаниями военного консалтинга. Как правило, через украинского посредника. После охраняют суда с грузами от пиратов или нефтегазодобывающие платформы в Ливии, ЦАР, Мали, Нигерии. По словам военного эксперта Тараса Чмута, в Украине подобных рекрутинговых агентств с десяток. И у всех есть клиенты.

Важно
Не просто тренировочный лагерь. Что известно о "ЧВК Семенченко" и деле "агента НАБУ" Шевченко

"Сегодня украинцы демпингуют. Если раньше за работу на море могли платить около $500 в сутки, то наши соглашаются на $800–1000 в месяц. Просто украинцы хотят найти хоть какую-то работу", — говорит он.

Третий вариант — работать в украинской компании. Одна из таких, Omega Consulting Group, зарегистрирована в Славутиче. Среди ее клиентов дипломатические миссии, в частности Канады и Великобритании, иностранные фонды (USAID), средства массовой информации вроде Би-би-си. Они приглашают на работу узкоспециализированных сотрудников в сфере безопасности, готовых участвовать в войсковых и полицейских специальных операциях, миротворческих и гуманитарных миссиях за рубежом, работают в Мали, Сенегале, Нигерии, Египте, Саудовской Аравии, Турции. По словам генерального директора Андрея Кебкало, в свое время он предлагал услуги своей компании и украинским силовикам, но применения им в СБУ и ВСУ не нашли.

Уберечь от наемничества

Юристы говорят, что какой бы из трех вариантов соискатели не выбрали, такая деятельность в Украине законная. Охранные фирмы получают соответствующие лицензии, а вот компаний военного консалтинга в нашем законодательном поле не существует.

"Мы можем либо на законодательном уровне урегулировать то, что и так есть, — дать ему название, определить, как будем контролировать работу, либо откладывать решение вопроса на годы, продолжая делать вид, что такого явления, как ЧВК, нет", — говорит Тарас Чмут.

О необходимости узаконить ЧВК в Украине говорят уже несколько лет. До недавних пор на рассмотрении парламентского Комитета по вопросам национальной безопасности и обороны даже находился законопроект "О военно-консалтинговой деятельности" авторства Ольги Василевской-Смаглюк из "Слуги народа". По её словам, главная цель документа — трудоустроить бывших военных, легализовать и обеспечить государственный контроль за военно-консалтинговой деятельностью. Но у главного научно-экспертного управления ВР к тексту законопроекта возникли вопросы.

Для работы в компаниях военного консалтинга отбирают людей не просто с военным опытом, а умеющих оценивать обстановку в экстре­маль­ных условиях

Почему — Фокусу объясняет генерал-майор запаса СБУ Игорь Гуськов, который исследует деятельность ЧВК. "Помимо выполнения логистических и консалтинговых функций законопроект допускал участие граждан Украины в конфликтах на территории другой страны. Эта мысль категорически неприемлема, — говорит он. — Если теоретически представить, что наших ребят, прошедших АТО, будут вербовать для такой деятельности, мы можем оказаться в ситуации россиян трехлетней давности, когда ЧВК Вагнера попала под удар западной коалиции в Сирии в 2018 году. Тогда более 80 человек погибли. Я общался на эту тему с авторами законопроекта. Они говорят, что были готовы вводить правовые предохранители. Но никакие новые нормы не заставят работать уже имеющиеся механизмы".

Гуськов имеет в виду статью 447 Уголовного Кодекса — "Наемничество". "Мы знаем, что сегодня около 200 человек воюют в структуре ЧВК Вагнера, и в отношении ни одного из них нет даже заочного приговора. Хотя мы всегда говорили, что никакой частной военной компании Вагнера не существует — структура обеспечивается, обучается, финансируется российской военной разведкой, а коммерческие структуры бизнесмена Евгения Пригожина выступают неким прикрытием. Действует целая армия, имеющая на вооружении танки, гаубицы, артиллерию и даже самолеты. Если бы уже были наказаны граждане Украины, то другие бы подумали, как действовать, если бы их пробовали вербовать в "серую зону" для участия в боевых действиях", — объясняет эксперт.

В то же время юристы уточняют: чтобы в Украине обосновать обвинение по статье "Наемничество", мало доказать, что, допустим, снайпер воевал на стороне другого государства за деньги. Важно представить контракт с армией и цифры — гонорар должен быть в разы больше, чем получают местные военные.

Частные армии

Эксперты уверены, что для эффективной работы законодательства необходимо четко прописать, что государство понимает под термином "военный консалтинг". Тогда его легализация позволила бы, во-первых, официально трудоустраивать большое количество бывших военных. Во-вторых, повышать уровень обороноспособности страны. "Можно было бы привлекать собственных бывших военных с боевым опытом в реализации той деятельности, которая геополитически может быть интересна Украине", — говорит Тарас Чмут. Не надо забывать, что ЧВК — это как раз те компании, которые помогают государству и по подряду выполняют функции, на которые государство либо не хочет тратить деньги, либо не может в силу обстоятельств. К тому же люди для ЧВК, как правило, имеют более высокий уровень подготовки. Например, стрелковая — не ключевая. Чтобы работать в ЧВК, отбираются кандидаты, умеющие оценивать обстановку в экстремальных условиях. Таких наша армия не готовит. В-третьих, легализация подобных компаний поможет контролировать, что происходит в середине этих структур.

Александр Скипальский, бывший руководитель военной контр­разведки СБУ, говорит, что, пока создание ЧВК не урегулировано законом, эту сферу сложно контролировать: такими неформальными объединениями могут пользоваться враги, в том числе РФ. "Использовать украинские милитаризированные формирования, чтобы имплементировать туда свою агентуру, своих провокаторов. Обратите внимание, недавно СБУ заявила о задержании агента ФСБ, который хотел завербовать пограничника на Волыни с целью доставки оружия из России через Беларусь в Украину. Как эксперт скажу: Россия совершает военные закладки на случай ведения партизанской борьбы и военных действий, чтобы подрывать ситуацию изнутри страны, а не только в районе ООС", — предполагает он.

Мы можем либо на законодательном уровне урегулировать то, что и так существует — ЧВК, — либо откладывать решение вопроса на годы, продолжая делать вид, что такого явления нет

военный эксперт
Тарас Чмут

При этом Игорь Гуськов уверен: деятельность подобных частных структур, если речь не идёт о классических охранных фирмах, должна вестись исключительно за границей. "Конечно, чисто теоретически можно было бы говорить, что ЧВК могли бы доставлять грузы по линии международных организаций, чтобы не отвлекать украинские силы правопорядка или ВСУ, — считает эксперт. — Но как только мы допускаем такую мысль, за ней возникает другая — о возможной легализации оружия. Нельзя вооружить частников автоматическим оружием, когда законом эта сфера не урегулирована. Поэтому я бы говорил, что подобные консалтинговые компании могли бы выполнять охранные функции наших представительств за рубежом". Он также уточняет, что украинские судна выполняют грузоперевозки по всему миру, и если существует опасность захвата или уничтожения груза, привлекают иностранные компании: "Зачем платить иностранцам, если есть собственные ресурсы".

Против работы подобных частных структур внутри страны выступают руководители силовых ведомств, мол, это всё равно что разрешить работу частных армий. Министр внутренних дел Арсен Аваков как-то сказал, что в государстве Украина есть только одна монополия на применение силы и она принадлежит Нацгвардии, полиции и ВСУ.

Важно
Новая военная доктрина. Что такое асимметрия и как она призвана помочь Украине

"Но что бы официально ни говорили о невозможности создания частных армий, по факту такие уже существуют. Называются они только центрами подготовки, — уверен военный эксперт Олег Жданов. — Это "Марусины медведи", база Яроша под Днепром, "Карпатська Січ". Кроме того, уже сейчас некоторые олигархи и бизнес-группы имеют частные силовые структуры, а фактически — армии, которые реализовывают свои возможности внутри страны по рейдерству или другим силовым сценариям для политического давления".

"Донкорп Украина", которую ассоциируют с Семеном Семенченко, может оказаться одной из таких. По данным журналистов программы "Слідство.Інфо", участники этой охранной фирмы были задействованы в силовых захватах предприятий. Но даже если такие действия подтвердит следствие, их вряд ли можно будет квалифицировать как создание незаконного вооруженного формирования. Ныне эксперты говорят: обвинение, выдвинутое Семену Семенченко, больше похоже не на намерение привлечь к ответственности за уголовное правонарушение, а на способ давления на организаторов охранной структуры, возможно, с целью перераспределения сил в "серой зоне".