Россия горит, но не падает: почему сотни ударов по НПЗ до сих пор не сломали нефтяную систему РФ

В течение последних двух недель Украина возобновила атаки по российским НПЗ после короткой паузы, предпринятой по требованию президента США Дональда Трампа. В ночь на 9 ноября загорелся Киришский НПЗ в Ленинградской области. Предприятие находится на расстоянии около 800 км от Украины. Мощность — 20-21 млн тонн нефти в год, и это составляет 7% российской нефтепереработки. Поэтому НПЗ только в 2026 году прилетало около пяти раз — из тех случаев, которые публично известны. После августовских попаданий завод снизил мощности на 50%, поскольку получили повреждения установки АВТ-6 и АТ-1, а затем остановился.

Другие атаки Украины – это Саратовский НПЗ 7 ноября, Афипский НПЗ 6 ноября, Новокуйбышевский НПЗ 30 октября и т.д. Во всех случаях российские власти говорили о налете дронов, которые вроде бы были сбиты средствами ПВО, а на территорию заводов, если что-то и падало, то лишь обломки.

На карте Fire международного разведывательного сообщества InformNapalm отмечено, что в 2026 году зафиксировали 226 атак на нефтегазовую инфраструктуру (на момент публикации статьи). Подавляющее количество атак — это удары дронов, но попадание ракет "Нептун" и других средств поражения. География ударов – преимущественно в европейской части РФ до Уральских гор в радиусе 1500-1700 км (Пермь, Ухта). Впрочем, дроны или ракеты долетали и дальше в Сибирь, добравшись вглубь российской территории на 2400-2800 тыс. км (Омск, Сургут, Новый Уренгой).

Тем временем в РФ летом 2026 года действительно появился дефицит горючего, поскольку Кремль запретил экспорт и покупает бензин у Индии, Казахстана и у других партнеров. В ноябре проблемы с горючим продолжились, поскольку вице-премьер России Александр Новак заявил, что экспорт и дальше запрещен. Убытки РФ подтвердило также ГУР Минобороны: согласно данным разведки, объемы нефтепереработки на пораженных НПЗ упали на 55%. О проблемах свидетельствует засекречивание официальных данных РФ об этой области. Впрочем, промышленность держится "на плаву" благодаря предприятиям, расположенным в глубине РФ, добавили разведчики.

Удары по НПЗ РФ – каковы влияние на нефтепереработку и на фронт

Президент Центра глобалистики "Стратегия XXI" Михаил Гончар объяснил Фокусу, что нефтеперерабатывающая отрасль РФ состоит из около 80 заводов. Большинство небольшие, но есть около 20 заводов, которые перерабатывают три четверти всей нефти. Кроме того, в эти 20 ключевых предприятий можно добавить десяток заводов, расположенных неподалеку от линии фронта. Чтобы оценить эффективность ударов по НПЗ РФ, следует учесть производственные площади — это "несколько сотен гектаров территории, насыщенной разным оборудованием, например, с ректификационными колоннами, обеспечивающими технологический процесс". Учитывая такие масштабы, несколькими десятками ударов дронов ВСУ уничтожить НПЗ полностью невозможно.

"Для сравнения, россияне три года уничтожали наш единственный функционирующий завод в Кременчуге. Это 260 прилетов дронов и 60 ракетных ударов — официальные данные Шмыгаля. Кременчугский завод — это завод такого же уровня, как Ярославский, Рязанский или Кириши. Три года ушло на это, чтобы они его добили -2 25-го, когда он уже был бы металлоломом", — говорит Гончар.

По оценке эксперта, несмотря на сложность НПЗ как цели, эффект от ударов ВСУ действительно есть. Заводы останавливаются и ремонтируются, а на это тратят значительные деньги, время и усилия, возникает дефицит горючего. Ко всему прочему, восстановление не происходит полностью. Кроме того, уменьшились поступления от экспорта, и деньги уже не зарабатывались, а тратилась на покупку бензина. Таким образом, растут расходы и сокращаются доходы — отрасль является "ахиллесовой пятой" России.

Военный эксперт Олег Жданов уточнил, что в действительности РФ потеряла всего 7% мощностей всей нефтеперерабатывающей отрасли. Эффект от ударов сил обороны Украины можно наглядно наблюдать на российских заправках, когда на всей территории страны действуют ограничения на бензин. Кроме того, чтобы быстро изготовить новую партию горючего, значительно снизилось качество – россияне заправляют прямоточным бензином, а не "Евро-4", "Евро-5". Впрочем, несмотря на дефицит, значительную часть горючего продолжают отправлять на фронт в Украину, добавил эксперт.

"Россияне делают плохой бензин и он стал очень дефицитным. Они делают максимальное количество, пытаясь погасить дефицит, несмотря на качество. Они пытаются снизить дефицит, но он есть. Так что влияние все равно есть. Тем более, что Российская Федерация основной объем собственного топлива отправляет на фронт", — сказал Фокусу Жданов.

По оценке эксперта, нефтяная система РФ после ударов ВСУ не посыпалась, но превратилась в "хромую утку". Причина такой ситуации на втором году воздушных атак – это огромное количество заводов разной мощности, разбросанных по российской территории. Мелкие маленькие предприятия закрывают потребности регионов, и когда возникает дефицит в Москве или Санкт-Петербурге, бензин опрокидывают в центр.

Может ли РФ защитить НПЗ и есть ли возможности восстановления

РФ не защищает НПЗ от ударов ВСУ, несмотря на важность этой отрасли для экономики и войны, объяснил Жданов Фокусу. Кремль устанавливает средства ПВО вокруг Москвы и резиденции Путина на Валдае, а владельцы предприятий обязаны самостоятельно наладить защиту любыми доступными средствами. Если они этого не сделают, то завод передадут под руководство государства. Предприниматели вынуждены вкладывать деньги в ремонт заводов, поскольку их тоже угрожают отобрать. Ремонты выполняют благодаря оборудованию, которое РФ беспрепятственно покупает у Китая, с которым имеет большую сухопутную границу, и активно идет доставка по морю.

"Поэтому проконтролировать это невозможно. Китай, ко всему, очень хитро ведет себя: даром ничего не отдает, но у него цена намного выше рыночной. И они просто выкачивают деньги из Российской Федерации. А у РФ пока хватает золотого запаса, и, например, в 2026 году россияне продали 42 тонны. Таким образом, к сожалению, деньги есть", — сказал он.

Гончар уточнил, что нефтеперерабатывающей отрасли есть "тонкие" места, которые делают удары более чувствительными. К примеру, если попадают по оборудованию зарубежного в производстве, то из-за санкций его не восстановят. Кроме того, для качественных нефтепродуктов требуются западные катализаторы. К тому же, если невозможно переработать и экспортировать нефть, то начинается снижение нефтедобычи — это зафиксировали уже в 2026 году.

"Уничтожение нефтепереработки дает каскадный эффект. Последние полгода это уже накопленный эффект. Нужно смотреть комплексно. Нефтяной сектор устроен таким образом, что он работает на балансе. Этот баланс должен выдерживаться. Добыли, протранспортировали, продали, переработали. Если где-то в этих цепочках происходит какой-то сбой, он влияет на всю систему", — подчеркнул Гончар.

Тактика ударов Украины по НПЗ

Жданов описал тактику ударов Украины по российским НПЗ за последние несколько месяцев-недель. Выяснилось, что Силы обороны атаковали восемь крупнейших нефтеперерабатывающих заводов, перерабатывающих от 7 до 20-21 млн тонн в год. При этом нельзя сказать, что удары системны, поскольку в этом контексте большую роль играют политические вопросы.

"Мы прошлись по самым мощным предприятиям. Единственное, относительно системности поражения сказать очень сложно. У нас бывали случаи, когда мы внезапно прекращали эти удары. И были случаи, вот как сейчас, за одну неделю восемь подбили. Системы не существует и так, это зависит от нашего политического руководства" — добавил он.

Основные средства поражения, которыми бьют по НПЗ, — это дроны, есть также крылатые ракеты от партнеров с дальностью до 300 км, но нет ни собственной баллистики, ни собственных дальнобойных ракет, сказал Жданов. Самый мощный дрон, который есть у Украины, — это Ан-196 "Февраль", который несет около 100 кг взрывчатки, тогда как ракета может нести 300 или 500 кг. Поэтому Украина применяет особую тактику атак, чтобы нанести максимальный ущерб, — речь идет об ударах по резервуарному парку, или в установки первичной переработки нефти. Оба этих объекта постоянно заполнены нефтью, поэтому точно загорятся.

"И при попадании даже одного маленького дрона — это пожар. Такие пожары обычно не тушат, а локализуют, чтобы не дать распространиться огню, и чтобы не дать емкостям взорваться. Ждут, пока не выгорит продукт", — отметил Жданов.

Михаил Гончар напомнил, что по Киришскому НПЗ прилетало четыре раза, по Ярославскому — пять, по Новошахтинскому — 10. При этом после ударов ракет "Нептун", которые также били по НПЗ, поражения серьезнее: проблема в том, что этих средств поражения маловато. Поэтому Украина работает дронами — есть многократные атаки и есть мониторинг (как видят, что отремонтировано, бьют снова).

"Нанести одноразовое роковое поражение для установки по переработке, имеющей массу в сотни, а то и тысяч тонн, невозможно. Делают определенные повреждения, но установка ремонтопригодна. Бывает по-разному: где-то ремонтируют несколько недель, где-то несколько месяцев. Там, где были визиты хороших "Нептунов", там, конечно, растягивают на пол".

Как нанести больший ущерб РФ — нефть, газ, энергетика

Жданов ответил на вопрос, как можно было бы больше навредить экономике РФ, кроме как бить по НПЗ. Он предложил обратить внимание на энергосистему – выбивание подстанции вокруг 15 российских атомных реакторов.

"Учтем, что энергетическая система РФ — линейная, не такая, как у нас, и ее легче выбить. Если бы мы начали бить по высоковольтным подстанциям, вот как они сейчас сделают 330, 750 кВт, то у них блекаут был бы гораздо глубже, чем у нас. Но опять-таки политическое решение", — сказал эксперт.

Еще один вариант, который рассмотрел Жданов, это удары по трубопроводам и перекачивающим станциям. Украина на самом деле уже атакует нефтеперекачивающую систему, например, речь идет об ударах по Самарской станции, благодаря которым уменьшается производство нефти марки Urals (купаж нефти из разных источников). При этом можно было бы активнее бить по станции Унеча на нефтепроводе "Дружба", питающем НПЗ Беларуси (продающих бензин в РФ) и в Словакию и Венгрию, которые настроены недружественно к Украине. По оценке Жданова, здесь также играют роль "политические решения и размышления".

"Мы не трогаем Ямальский крест, где 17 газопроводов сходятся в одном месте и потом расходятся по всей территории РФ от Санкт-Петербурга до Владивостока. Туда 3000 км — нет ни ракет, ни диверсий. Хотя если положить этот "крест", то одномоментно ляжет вся энергетическая транспортная и.

Отметим, 9 ноября Фокус писал о налете дронов на нефтяной гигант РФ — на завод КИНЕФ. На видео с места прилета — масштабный пожар, несмотря на то, что российские власти признали лишь падение обломков БПЛА.

Напомним, 1 ноября издание The Moscow Times рассказало о последствиях удара ВСУ по НПЗ в Кстово и о очередях на российских заправках.