Беспросветные дебаты. Как 100 лет назад спорили националисты и пророссийские украинские политики

2019-04-06 14:30:00

6242 0
Беспросветные дебаты. Как 100 лет назад спорили националисты и пророссийские украинские политики

Фото: Ростислав Камеристов, Затурцевский мемориальный музей Вячеслава Липинского

Фокус изучил яростную переписку двух исторических персонажей: идеолога украинского консерватизма Вячеслава Липинского (которого, к слову, нередко цитирует Порошенко) и небезызвестного деятеля Белого движения Петра Залесского (кстати, тоже украинца и патриота своей малой родины)

В эти дни общество разделилось на два непримиримых лагеря — сторонников действующего президента Петра Порошенко и его возможного сменщика на посту главы государства Владимира Зеленского. На кону — судьба страны, и это вызывает тревогу за то, кто ее возглавит. Петра Порошенко упрекают в нарушении обещаний, коррупционных скандалах его ближайшего окружения и многом другом, отмечая при этом, что он опытный политик и последовательный государственник. Зеленского же подозревают в украинофобстве, припоминая его нелестные высказывания об Украине со сцены "Квартала 95" и невразумительные заявления по поводу аннексированных Россией территорий.

Для прояснения ситуации люди требуют дебатов между двумя кандидатами: мол, в открытой дискуссии каждый покажет свое истинное лицо миллионам украинцев. В этой связи на ум приходят другие дебаты, длившиеся, правда, не в прямом эфире телеканалов, но в переписке двух исторических персонажей: идеолога украинского консерватизма Вячеслава Липинского (которого, к слову, нередко цитирует Порошенко) и небезызвестного деятеля Белого движения Петра Залесского (кстати, тоже украинца и патриота своей малой родины). Происходило это чуть менее 100 лет назад, но многое из той переписки по-прежнему актуально.

Эти люди, впоследствии ставшие украинскими национальными деятелями, познакомились на фронте и плечо к плечу прошли ад Первой мировой войны. Вячеслав Липинский был офицером в составе Четвертого драгунского Екатеринославского полка Русской императорской армии, а Петр Залесский — его полковым командиром, которого тот безмерно уважал, восторженно именуя "рыцарем-военачальником" за храбрость и благородство.

Позже, в 1918-м, судьба заочно сведет их на государственной службе Павла Скоропадского: Залесского ясновельможный гетман назначит старостой Харьковской губернии, а Липинскому достанется должность посла в Вене. И если один из друзей всячески преуспеет на дипломатической службе, то второго ожидает быстрый крах государственной карьеры: уже через несколько недель Скоропадский гневно изгонит его с поста за пренебрежительное отношение к украинскому языку.

Рыцарь-Военачальник. Петр Залесский, политический оппонент Липинского

Впрочем, очень скоро и Липинский, и Залесский окажутся в эмиграции, где продолжат дружеское общение в переписке и даже будут сотрудничать в журнале "Хліборобська Україна". Но при этом каждый останется при своих взглядах на украинско-российские отношения. Мы можем судить о непримиримости различных мировоззрений двух бывших соратников из писем Вячеслава Липинского, сохранившихся в его личном архиве в Филадельфии. Увы, приходится лишь догадываться, что именно отвечал своему идеологическому оппоненту Петр Залесский — его письма до наших дней не дошли. Но читая реплики Липинского, совершенно четко понимаем: дискуссия была чрезвычайно острой, а к общему знаменателю друзья, сплоченные невзгодами, так и не пришли.

"При таком глубоком расхождении мировоззрений политические разговоры очень трудны. Нельзя понять друг друга, когда в одни и те же понятия вкладывается совершенно различный смысл. Поэтому разрешите, Ваше Превосходительство, что уже больше этих вопросов не буду касаться. Разрешите сохранить мне неприкосновенным тот дорогой мне образ безупречного Рыцаря-Военачальника, который Вы оставили о себе в моей памяти. И разрешите не касаться уже больше в письмах к Вам политики, к которой мы применяем совершенно разные и противоположные как практические, так и этические оценки", — толерантно откланялся в своем последнем письме Липинский, утратив всякую надежду на понимание. Похоже, каждый из друзей остался при своем мнении.

Наш выбор. Стоит ли спорить с россиянами о политических процессах в Украине? 

"Знаний груз у русского тощ — тем, кто рядом, почета мало", — точно заметил Владимир Маяковский в своем стихотворении "Долг Украине".

Темой украинского государства, украинства как явления россияне озабочивались всегда. Сегодня, после первого тура выборов президента Украины, российские СМИ пестрят заголовками о том, что украинцы кровно заинтересованы в пророссийском кандидате, ибо "мыжебратья" и прочая и прочая. Российский обыватель не пытается вникнуть, соответствуют ли на самом деле программа, действия, интересы и заявления самого Зеленского чему-либо пророссийскому, ведь киселевско-соловьевский зритель всему верит на слово еще до того, как это прозвучит с телеэкрана. Но обыватель — это полбеды, гораздо хуже, когда идею потребности украинца в своем собственном государстве ставят под сомнение представители элит. Ну не укладывается в сознании русских, что да, хотим отдельно от вас, именно так — и точка!

"Диалектически "доказать" нужность или ненужность украинской государственности точно так же невозможно, как доказать, например, американцу, почему он американец, несмотря на свое английское происхождение, — писал по этому поводу своему другу Залесскому Вячеслав Липинский. — Почему я и судьба моей Родины должны зависеть от того, взбунтуется или не взбунтуется гарнизон в Москве или Петербурге? Почему я и мои земляки не способны управляться сами собою, а нами должны править достойные всякого уважения, но все-таки чужие нам прибалтийские бароны, сидевшие когда-то в Петербурге, или еврейско-московские интеллигенты, сидящие теперь в Москве? Почему старое великорусское боярство сумело сначала присоединить к себе "хохлов", а потом заставить Гоголя писать по-русски, а "хохлы" не в состоянии ассимилировать даже живущих на их земле великороссов и заставить их знать местный украинский язык? Это вопросы не логического, а иррационалистического порядка. Это вопросы скорее сердца, чем ума; темперамента, чем логики".

По мнению Липинского, россиянина, больше интересующегося Украиной, чем своим государством, не переубедишь в его неправоте. Бесполезно. Потому что нет для него универсального аргумента против того, что украинский язык изобрели в австрийском генштабе, а Украину придумал Ленин. Напротив, большее количество доводов создает больше лазеек к спору.

"Нельзя кого-нибудь убедить в увлечении украинством, когда национальная идея есть идея иррациональная, есть проявление сердца, а не разума. Нельзя кого-нибудь убедить любить то, к чему он не чувствует никакого влечения", — считал Липинский. И с этим трудно не согласиться.

Язык раздора

Скользким вопросом в обществе и тогда, и сейчас остается украинский язык. Одни говорят, что разные языки нас разделяют, другие твердят: "Какая разница", а третьи принципиально поддерживают идею единого государственного языка, используя ее для политической агитации.

Интересно, что Петр Залесский в свое время погорел именно на языковом вопросе. Будучи старостой Харьковской губернии, назначенным Павлом Скоропадским, он позволял себе язвительные шутки по поводу украинского, а однажды заявил, что будет вести документацию на государственном языке только с помощью переводчика. Узнав об этом, гетман тут же уволил Залесского — дошутился…

Своей вины по этому поводу Петр Иванович так никогда и не признал, а потому не раскаялся. Напротив, скорее затаил обиду на Скоропадского. Так вправе ли был гетман жестко поступить с подчиненным? Тем более что изначально и для Скоропадского украинский не был родным — до пятилетнего возраста тот говорил лишь по-немецки.

Этнический поляк Липинский не защищает, но и не обвиняет Залесского. "Зная и любя русский и польский языки, пишу на языке украинском и зову к тому же самому тех людей, которых считаю честными, разумными, благородными, — деликатно объясняет он. — Для меня язык является средством, а не целью. Средством для создания Украины и Украинской нации, где русскому языку должны быть, конечно, предоставлены все права меньшинства".

Вне Украины. Костяк украинского гетманского движения в эмиграции. Второй справа в нижнем ряду — Вячеслав Липинский

При этом Вячеслав Липинский называет себя "самым отъявленным врагом украинского шовинизма, оперирующего исключительно различиями культурно-национальными (из них прежде всего языком)". Поэтому, по его мнению, украинцам следует "не переборщить" с вопросом языка возможных государственных мужей, но при том все государственные мужи должны знать украинский на уровне свободного общения и понимания и, конечно же, использовать его.

Украина не "актриса немецких фильмов для взрослых"

Сегодня только ленивый не упрекнул новоиспеченного политика Зеленского скандальным номером в Юрмале, где во время "Вечернего квартала" он сравнивал Украину с "актрисой немецких фильмов для взрослых — она готова принять в любом количестве с любой стороны". Как потом ни оправдывался артист, что не хотел обидеть народ, а высмеивал лишь власть, которая просит кредитов, в его искренность сложно поверить. К тому же возникает вопрос: можно ли утверждать, что власть и народ — это разные вещи, тем более что первую выбирает второй? И как обстояли дела с "продажностью" страны во времена Липинского?

"Можно, конечно, смотреть на "Малороссию" как на проститутку, сношения с которой ни к чему не обязывают, — читаем в одном из его писем. — Можно сказать, что люди, обитающие "Юг России", благодаря вековому рабству то у хазар, то у варягов, то у татар, то у Москвы, то у Варшавы, то у Петербурга, ни к чему другому как только к политической проституции не способны, и потому разных "государственных строительств" этих людей никто серьезный всерьез не берет. Если бы Вы — Ваше Превосходительство — так сказали, это был бы цинизм, но в этом была бы политическая этика. Тогда каждый знал бы, как на Вас как на политика смотреть и чего от Вас как от политика ожидать", — отвечал Липинский Залесскому на один из его вопросов.

По мнению Липинского, политическая этика требует, во-первых, ясного сознания того, что в данных условиях нужно делать, а, во-вторых, твердой ответственности за то, что в данных условиях делает политик.

"Если меня кто-нибудь спрашивает: республиканец ли я или монархист, центродержавец ли я или украинодержавец, а я отвечаю, что мне это все равно, что хочу только, чтобы все люди были хорошие, ибо при хороших людях все режимы хороши, то это значит, что политика не покоится у меня на этике, хотя я сам могу быть при этом честнейшим человеком и этике придавать первенствующее значение".

Возвращаясь к шутке Зеленского, который претендует на пост президента страны, отметим, что внешние обязательства, которые взяла на себя Украина, — это вопрос экономического выживания, так что называть за это государство женщиной легкого поведения неэтично. Всякий политик должен об этом помнить. Хотя артисты, бесспорно, вольны высказываться свободно.

Петра Первого оставьте себе, господа

Как, впрочем, и Путина, и любого другого царя, царька, императора. Не наши это лидеры.

"Вы спрашиваете, не хочу ли я "идеального Петра Великого". Не хочу! Не хочу потому, что если бы этот Петр был сам лично идеалом всех добродетелей, то режим, который он олицетворяет — режим управления Россией из одного центра, пренебрегая ее территориальными и народными различиями, — сделает из него точно такого же Петра, каким был первый: духовного отца и предтечу большевизма", — горячо убеждает Липинский своего друга Залесского — имперца по духу.

Этот новый Петр Великий, убежден Липинский, должен будет для объединения России создать прежде всего единый общерусский правящий класс. Более того, чтобы придать этому классу общерусский фасон, он должен будет сажать на кол "мазепинцев", жечь великорусских староверов, резать бороды боярам и заставлять плясать попов на столах Преображенского полка. Без такой муштры он единой России не создаст, а значит, не будет Петром Великим.

Чтобы быть в состоянии это сделать, такой правитель должен будет завести "тайный приказ", "опричнину", "III отделение" или "охранку". "Без террора не может быть единой России, ибо только насильно можно сколотить в единое то, что от природы не есть единым, — предупреждает он своего друга, отстаивающего идею сильного правителя для России и считающего, что в этом случае Украина тоже будет заинтересована в таком союзе. — Между тем существует очень большая опасность появления именно Петра Великого. Что может быть проще, как заменить опять чрезвычайку охранкою, коммунистическую партию синодальным духовенством, комиссаров приставами, узаконить грабеж земли и пожаловать всем перешедшим к большевикам генералам ордена за спасение единства и центродержавия России".

И ведь прав был…

Волынские крестьяне. Личное фото Вячеслава Липинского

На международной арене

Украина избрала европейский курс. Теперь это закреплено в Конституции страны. Тем не менее тешить себя утопической мыслью, что уже завтра оторвемся от ненавистной России и заживем в европейской семье, не стоит. Украина имеет наибольшую протяженность границ именно с Россией, а если учитывать и Беларусь, то получается больше, чем с другими государствами вместе взятыми. С этим фактом нужно считаться. Выход, по мнению Вячеслава Липинского, только один: политически "перегрызть горло" соседней агрессивной стране и в нужный момент установить баланс между Востоком и Западом.

В современных условиях подобное возможно лишь после вступления Украины в ЕС и НАТО. В таком случае для России и Беларуси мы можем стать тем примером, каким сегодня для нас является Польша.

"Имея в своей нации и Восток, и Запад, — писал Липинский, — мы должны эти два направления под лозунгом единства и нашей национальной индивидуальности все время гармонизировать. Без такой гармонизации мы погибаем как нация, подпадая под влияние то восточной Москвы, то западной Польши. Эти две соседки, захватывая нас во времена слабости души нашей, одна по своей восточно-православной, вторая по своей западно-католической эксклюзивности, гармонизировать Украину не в состоянии".

Иными словами, в конфликте с Россией необходимо побеждать только на наших условиях и формировать принцип "старшего брата" от украинского центра — Киева, чтобы Украина взяла на себя роль политического арбитра в регионе с соответствующими преференциями, как до этого в течение многих лет с нами делала Россия. То есть в вопросе "Русского Востока" именно Украина должна играть первую скрипку. В то же время Липинский считает, что наша страна должна выбрать путь, где она "авангард органического возрождения Русского Востока, его обороны как перед западной демократией, так и перед азиатской охлократией".

Это значит, что мы должны стать устойчивыми, сильными, способными диктовать свои условия. "Только активной политикой в делах "Русского Востока" Украина сможет обеспечить себе — добытое ее внутренними силами — независимое государственно-национальное существование. Пассивное положение приводит нас неизбежно к руине, к новым захватам нас активными в этом направлении нациями", — отмечает Липинский. Сама же украинская политика, по его мнению, формируется по взглядам общества, а не целесообразности.

"Хліборобська Україна". Рупор гетмана Павла Скоропадского в эмиграции

Вполне вероятно, что такая мысль теперь была бы непопулярной и даже очерченной предательством высшего сорта. Однако, чтобы принять или оспорить ее окончательно, нужны стратегические рассуждения и глубокий анализ истории. Ведь с тех пор, как велась эта дружеская переписка, прошло много лет.

Loading...