Военные придут, порядок наведут. История одного военного переворота

21 апреля 1967 года в Греция / Фото: АР
21 апреля 1967 года в Греция / Фото: АР

В мире до сих пор существует убеждение, что "твердая рука" лучше политического хаоса. В пример приводят Чили, Турцию и даже Грецию — страны, которые после переворота "вели к процветанию" военные. Но у истории на этот счет много сомнений

Представим себе государство на юго-востоке Европы, обремененное отсталой экономикой и последствиями войны, которую в приграничных областях вели пророссийски настроенные, поддерживаемые и вооружаемые Россией группировки лево-радикального толка. После длительного кризиса страна выбирает либеральное правительство, которое начинает реформы в экономике, но вскоре вступает в конфликт с главой государства, по конституции лишенным влияния на экономику страны. Глава государства, стремясь поставить правительство под контроль, отправляет премьера-либерала в отставку. В стране начинается конституционный кризис.

Попытки сформировать новое правительство безуспешны. Объявляются внеочередные парламентские выборы. Лидерами предвыборной кампании оказываются партия смещенного премьера-либерала и левая партия, ставшая наследницей ранее запрещенной коммунистической. Идут слухи, что ради формирования абсолютного большинства либералы готовы вступить в "противоестественный", как его называют националисты, союз с коммунистами. Ряд политиков радикальных националистических взглядов открыто обращаются к главе государства с требованием ввести в стране военное положение, дабы предотвратить реванш левых. В столичном университете проходит открытый курс лекций, пропагандирующих правую диктатуру.

Однако лидер либеральной партии уверен, что диктатура стране не грозит: "Теперь в Европе достаточно одного слова "диктатура", — говорит он в интервью, — чтобы вызвать всеобщее возмущение, и не только за границей, но и в нашей стране. Теперь весь политический мир единодушно выступает против диктатуры. Народ готов бороться и даже пожертвовать жизнью в защиту своих свобод. Армия не является отдельным социальным классом. Офицеры и солдаты — дети народа, они дали клятву защищать его демократические свободы. Тщетны надежды немногих глупых голов, которые думают, что армия выступит против народа. Произойдет обратное: армия будет защищать народ".

Вторит ему и его возможный партнер из левой партии: "Народ не соглашается идти назад, он полон решимости сорвать любую попытку навязать диктатуру".

Глава государства тайно обращается к послу США с вопросом о том, каково будет отношение Америки к "внепарламентскому" предотвращению прихода к власти левых. Страна на юго-востоке Европы входит в "пояс сдерживания" и является важной составляющей европейской безо­пасности. Посол отвечает, что США не приветствуют подобные подходы, однако "реакция США на такое не может быть определена заранее и будет зависеть от конкретных обстоятельств". Расценив это как завуалированное согласие, глава государства отдает распоряжение начальнику Генерального штаба готовить план на случай "коммунистического восстания" после выборов. Однако генералы, входившие в Высший военный совет, колеблются: перспектива военной диктатуры их не прельщает. И тогда инициатива от генералов переходит к полковникам.

Таковы были обстоятельства, предшествовавшие военному путчу в Греции без малого 50 лет назад.

Черные начинают и выигрывают

21 апреля 1967 года жителей Афин разбудил грохот танковых гусениц. К этому времени группа парашютистов десантировалась на здание министерства обороны и захватила его. Сопротивления десантники не встретили: оказалось, что у руководителей путча имеется приказ об исполнении плана переворота "Прометей", подписанный начальником Генштаба главнокомандующим греческой армии Георгиосом Спантидакисом. Скоро армейские подразделения взяли под контроль узлы связи, здание парламента, королевский дворец.

Начались повальные аресты. Одним из первых был арестован главнокомандующий Спантидакис, за ним в одиночные камеры последовали все ведущие политики страны, начиная с лидера предвыборной гонки Георгиоса Папандреу. Партийных функционеров и сотрудников министерств брали по заранее подготовленным спискам. Сели все: коммунисты, либералы, националисты. Более 10 000 человек в один день были собраны на городском ипподроме. Попытки сопротивления пресекались немедленными расстрелами.

В тот же день по радио передали обращение лидера путча полковника Георгиоса Пападопулоса, в котором необходимость переворота обосновывалась так: "В политическом отношении Греция осталась слаборазвитой. Греция — единственная страна Европы, где политические партии функционируют не демократически. Один лидер регулирует политику и состав партии, и кто был не согласен, исключается из партии. Царит политический и моральный беспредел".

Видимо, точка зрения "черных полковников" полностью отражала общественное мнение. Вопреки убежденности либералов и коммунистов, греки встретили переворот не моргнув глазом. Полгода спустя король Константин, запустивший маховик диктатуры, попытался организовать сопротивление хунте полковников, призвав греков по радио к восстанию. Но греки не отреагировали, армия осталась на стороне Пападопулоса, сторонников короля арестовали, а сам он отправился в изгнание в Рим, откуда больше на родину не вернулся.

США, известные склонностью выбирать меньшее из двух зол, в греческий переворот решили не вмешиваться: "черные полковники" объявили о своей антисоветской позиции, о приверженности Греции НАТО и курсу на евроинтеграцию. Впрочем, Филлипс Тэлбот, посол США в Греции, военный переворот все же осудил, заявив, что это стало "изнасилованием демократии". На что известный своим цинизмом глава миссии ЦРУ в Афинах Джек Мори, по слухам, ответил: "Как можно изнасиловать шлюху?"

Высадка турецкого десанта на Кипре 20 июля 1974 года

Настоящий полковник

Оказалось, что греки разделяют взгляды Джека Мори. Они спокойно встретили сообщение о запрете всех политических партий и отмене выборов. "Прошу вас перестать чувствовать себя принадлежащими к какому-то определенному политическому лагерю прошлого, — объяснил грекам новую реальность полковник Пападопулос. — Стены, отделяющие прошлое от эпохи, установленной после 21 апреля, разрушены, как и стены, разделяющие греков на группы на основе партийного принципа, на основе распрей и дрязг политического порядка". Главное, что пообещал Пападопулос соотечественникам, это порядок и рост экономики. В отсутствие беглого короля руководитель переворота назначил себя регентом, премьер-министром, министром обороны и иностранных дел — и повел Грецию к процветанию.

Справедливости ради надо отметить, что поставленные правительством "черных полковников" цели в экономике были вполне здравыми. Основной упор был сделан на развитие греческой промышленности. "Накануне революции 21 апреля, — писала правительственная пресса, — страна находилась на грани экономического хаоса. В долгосрочном плане только промышленность может предоставить необходимые средства для требуемого и желаемого развития и сделать поставленные задачи достижимыми".

С другой стороны, ровно такие же цели ставили и правительства либералов, ставшие жертвами властолюбия последнего греческого короля. Для осуществления замыслов в правительство даже были привлечены эксперты, в прошлом разрабатывавшие планы реформ для либеральных правительств. Был объявлен курс на всемерное поддержание частной инициативы и создание для нее благоприятных условий. Будучи ассоциированным членом ЕЭС, Греция планировала получить в 1984 году полное членство.

Однако методы, которыми полковники намеревались добиться промышленного роста, оказались, разумеется, далекими от либеральных. Во внешней торговле стал преобладать государственный патернализм. Стимулирование экономики осуществлялось за счет принудительных государственных займов: облигации рабочим выдавали в счет зарплаты, так же, как в ненавистном путчистам Советском Союзе. За счет госбюджета выдавались льготные кредиты и выкупалась сельскохозяйственная продукция.

За пять лет Пападопулосу удалось увеличить долю промышленного производства в ВВП Греции втрое — с 10% до 32%. В провинциях появились новые заводы и фабрики. В сельском хозяйстве был сделан упор на интенсификацию, развитие крупных ферм, использование современной техники. К пятилетию пребывания "черных полковников" у власти министерство экономики отрапортовало о 70-процентном росте заработной платы греков.

Экономический рост сопровождался ростом популярности Пападопулоса, активно подогреваемым полностью подконтрольными правительству СМИ. Соратники по "революции 21 апреля" очень скоро были отодвинуты в тень. Спустя год после прихода полковника к власти его министр информации заявил, что "историческая мудрость греческого народа помогла ему выдвинуть подлинного признанного лидера общегреческого масштаба, которым является Георгиос Пападопулос". К пятилетию путча Афинское агентство печати сообщило, что "одним из важнейших событий прошедшего революционного пятилетия явилось появление нового, ответственного, динамичного, современного руководства, которое воплощает в себе премьер-министр Пападопулос".

Звезда и смерть Димитриоса Иоаннидиса

Ликование завершилось к началу 1973 года, когда стало понятно, что нельзя надолго впрячь в одну телегу либеральные идеи и государственное регулирование. Оказалось, что целевое кредитование и внешнеэкономический протекционизм были выгодны не столько всему народу Греции, сколько отдельным предпринимателям, получившим от государства финансовую и фискальную поддержку. Что на самом деле рост реальной заработной платы составил за пятилетие не 70%, а 7–10% в промышленности и 15% в сельском хозяйстве при росте цен только в 1972 году на 6,5%.

Бригадный генерал Димитриос Иоаннидес (1923 - 2010) на праздновании Пасхи в Греции, после его успешного переворота, апрель 1974 года

Искусственное стимулирование экономики привело к появлению финансовых "пузырей", перегреву отдельных секторов и рискам обвальной инфляции. Уже после падения режима "черных полковников" и сдувания экономических пузырей выяснилось, что долгосрочного влияния на развитие греческой экономики правительство Пападопулоса не оказало (см. диаграмму роста ВВП).

Толчком к отрезвлению стал международный валютный кризис. Уже в середине 1973 года появились признаки спада промышленности. Правительство в привычной манере кинулось поправлять ситуацию вручную, ограничивая полицейскими мерами рост цен и зарплат. Активно недовольных (а их число непрерывно росло) отправляли в действовавшие все эти годы концентрационные лагеря.

Чуть только содержимое холодильника перестало внушать грекам уверенность в завтрашнем дне, они вспомнили о своем природном свободолюбии и демократических ценностях, зародившихся на их земле. Авангардом сопротивления стали, как водится, студенты, но в ноябре 1973-го забастовку в Афинском политехе подавили танками.

Напуганный усиливающимися волнениями Пападопулос, только-только упразднивший монархию и объявивший себя президентом, решил ради сохранения власти начать постепенную демократизацию. Но выяснилось, что перестройка по-гречески не устраивает остальных полковников, уютно устроившихся за спиной диктатора. 25 ноября полковник Димитриос Иоаннидис, выросший за время диктатуры до бригадного генерала, устроил греческий ГКЧП и отстранил Пападопулоса, обвинив в "отходе от идеалов революции 1967 года".

15 июля 1974 года при поддержке генералов на Кипре произошел военный переворот, на который Турция ответила оккупацией северной части острова.

Чтобы спасти положение, Иоаннидис прибег к традиционному приему диктаторов: ставке на патриотизм и маленькой победоносной войне. В качестве объекта был избран Кипр.

Население острова, получившего в 1960 году независимость от Британии, состояло из греческого большинства (до 80%) и турецкого меньшинства (до 20%). Среди греков-киприотов была популярной идея "энозиса" — присоединения к Греции, неприемлемая для турок, которые в этом случае предлагали разделить остров на два государства. В течение десяти лет остров потрясали межнациональные конфликты разной степени тяжести.

Под девизом "Кипр наш!" Иоаннидис поддержал оружием и личным составом кипрскую националистическую организацию "ЭОКА", которая сместила законное правительство Кипра. Турция, то ли опасаясь этнических чисток, то ли пользуясь случаем, ввела на остров 30-тысячный военный контингент и оккупировала треть территории Кипра. Дело обернулось большой стрельбой, тысячей погибших и расколом Кипра на греческую и турецкую части. Только вмешательство США предотвратило большую турецко-греческую войну. В результате Кипр потерял треть территории, ставшей непризнанной турецкой Республикой Северного Кипра, а Греция так и не присоединила даже остаток острова.

Дискредитировавшая себя окончательно диктатура потеряла остатки поддержки как гражданского населения, так и вооруженных сил. Назначенный Иоаннидисом фиктивный президент Федон Гизикис призвал "старых", допутчевых политиков, которые сформировали временное правительство. В конце 1974 года в Греции после семилетнего перерыва прошли всеобщие парламентские выборы.

Последствия диктатуры Греция расхлебывает по сей день: переворот, задуманный в качестве "профилактики" прихода к власти левых, не только сформировал у греков привычку к патерналистскому государству, но и создал социалистам ореол мучеников. В год падения режима "черных полковников" было основано Всегреческое социалистическое движение. Вскоре после вступления Греции в ЭС социалисты пришли к власти и оставались при ней 20 лет, приведя Грецию к иждивенческому социализму, с которым нынче не может справиться вся европейская рать.

"Черные полковники" были осуждены, приговорены к смертной казни, которую затем заменили пожизненным заключением. Георгиос Пападопулос умер в афинской тюрьме 27 июня 1999 года, Димитриос Иоаннидис — 16 августа 2010 года.