Ольга Шевченко

Учитывая, что три балтийские страны – Эстония, Латвия и Литва – располагают значительно меньшим количеством военной техники, чем другие страны — члены НАТО, их усилия по поддержке Украины особенно впечатляют.

Ядерное оружие никогда не обеспечивало абсолютную защиту всех государств от конвенционального насилия. На всем протяжении холодной войны было множество случаев конфликтов, включая примеры, когда государства без ядерного оружия нападали на государства с бомбой. Ядерное сдерживание не дает никаких гарантий, а лишь побуждает к осторожности.

Не существует секретного правительственного бункера, напичканного передовыми технологиями, который спасет нас в случае начала войны. Это вы должны его построить.

Не имея возможности заменить устаревшее советское вооружение с момента провозглашения "независимости" в начале 1990-х годов, квазигосударство стремилось пополнить свой парк машин за счет ряда собственных разработок.

Пока Вашингтон сосредоточен на российской военной угрозе в Восточной Европе и китайском экспансионизме в Тихом океане, Россия и Китай на голову опередили США в Африке, что может коренным образом изменить глобальный баланс сил.

Многое указывает на то, что армия США совершила прорыв в реализации своей давней идеи и создала сеть для проведения высокоскоростных многоуровневых атак. Новые системы с поддержкой ИИ объединяют все виды войск в единую сеть, атакующую противника на всех уровнях.

Украина запретила провоз российских военных грузов через свою территорию в Приднестровье, что только сопутствует благодатной среде для создания там новых боевых машин-переделок.

Новый стальной разведчик заменит устаревший легкий бронеавтомобиль Корпуса морской пехоты США и будет обладать рядом новых возможностей.

У русских не задалось с Украиной. Они не способны вести современную общевойсковую войну. Даже если бы российские солдаты были обучены и подготовлены, некомпетентный и коррумпированный офицерский корпус не в состоянии эффективно их использовать. Но сложно не задать вопрос: касается ли сказанное только России, или это более широкая проблема современной войны.

Те, кто спрашивает, почему Украина не столкнулась с предсказанной кибервойной, упускают из виду основной вопрос: почему мы вообще предположили, что кибероперации можно использовать для достижения эффекта на поле боя?