200 лет Достоевскому. Чем интересен украинцам автор "Братьев Карамазовых"

11 ноября исполнилось 200 лет со дня рождения Федора Достоевского. 200 лет духовного влияния на умы ведущих интеллектуалов и художников мира. И простых читателей, таких, как мы с вами.

Писатель Федор Достоевский
Для Ницше, Эйнштейна, Хайдеггера, Гадамера, Бенедикта XVI, Кафки, Марселя Пруста и многих других властителей дум ХХ века, Достоевский был одним из главных учителей и вдохновителей.

"Великое пятикнижие Достоевского": романы "Преступление и наказание", "Братья Карамазовы", "Идиот", "Подросток" и "Бесы", повлияло не только на философию и литературу, но и дало толчок развитию такого явления, как психоанализ.

200 лет со дня рождения Достоевского. 200 лет духовного влияния на умы ведущих интеллектуалов и художников мира. И простых читателей, таких, как мы с вами.

Для Ницше, Эйнштейна, Хайдеггера, Гадамера, Бенедикта XVI, Кафки, Марселя Пруста и многих других властителей дум ХХ века, Достоевский был одним из главных учителей и вдохновителей. И, конечно, одним из главных оппонентов.

Вот, что говорил философ Гадамер (уже на исходе прошлого века): ""Карамазовы" были для нас в 20-е годы (а по свидетельству многих — и в последующие десятилетия — А.Б.) важнейшей книгой после Библии". "Интерес к православию у всех нас возник через чтение Достоевского. В "Карамазовых", особенно в черновых набросках к ним, мы видели новую форму теологического письма, новую попытку апологии христианства".

Эйнштейн говорил, что "Братья Карамазовы" — "Это самая поразительная книга из всех, которые попадали мне в руки".

Ницше проводил аналогии между атмосферой евангельских событий и атмосферой романов Достоевского.

Мне кажется, что чтение "Братьев Карамазовых" и "Преступления и наказания" — важнейшее событие в жизни каждого мыслящего человека.

И тем более удивительно, какое расстояние между Достоевским-писателем, Достоевским-мыслителем и Достоевским-человеком. Расстояние, преодолеваемое в неизвестных и невидимых для внешнего взгляда измерениях и глубинах…

Важно
Сам себе режиссер. Почему билеты стоило продавать не на спектакли, а на репетиции Романа Виктюка
Сам себе режиссер. Почему билеты стоило продавать не на спектакли, а на репетиции Романа Виктюка
Чтение "Братьев Карамазовых" и "Преступления и наказания" — важнейшее событие в жизни каждого мыслящего человека.
Чтение "Братьев Карамазовых" и "Преступления и наказания" — важнейшее событие в жизни каждого мыслящего человека.

Гениальные романы и глубочайшие идеи создавались человеком болезненным, мнительным, инфантильным, в чем-то даже мелочным. Человеком со всеми слабостями и пороками. Почитайте воспоминания о Достоевском. Почитайте его переписку с женой, Анной Григорьевной.

Вот Достоевский приезжает в Москву к издателю Каткову, просить деньги на новый роман ("Братья Карамазовы"). После первого посещения не спит всю ночь, думает — даст или не даст Катков просимую сумму. Катков деньги дает. Но на этом мучения и страхи не заканчиваются. Потом Достоевский размышляет, ехать домой к Каткову, чтобы поздравить того с днем рождения или не ехать (Катков его на обед не пригласил и Достоевский боится показаться заискивающим и выпрашивающим милостыни).

Затем решается ехать, прекрасно принят в кабинете хозяина дома (прежде побывав в комнате жены Каткова), восторженно пишет своей жене, что с ним там же, у Каткова, любезно разговаривает московский генерал-губернатор князь Долгорукий (тот старичок, которого играл Табаков в "Статском советнике") и даже ему первому (!!!) подает руку, поблескивая четырьмя звездами и алмазом Андрея Первозванного.

Важно
Тонкокожий человек. Памяти Богдана Ступки
Тонкокожий человек. Памяти Богдана Ступки

Потом Федор Михайлович еще раз (ему сказали накануне) с облегчением отмечает, что званый обед у Каткова только для родственников и поэтому Катков его на обед не пригласил не потому, что не уважает, а потому что… (и т.д. и т.п.).

Наконец, выходя из кабинета Каткова и видя накрытый праздничный стол он еще раз "проверяет", что обед только для родных: "К Софье Петровне (жене Каткова) я уже не заходил, а прошел другим ходом, между прочим (ну да, так мы и поверили — А.Б.) через столовую, и заметил (так для того и прошел "между прочим" — А.Б.), что стол накрыт не более как на 20 или даже 18 кувертов (столовые приборы — А.Б.). А так как только Каткова семейство садится за стол не менее 12 человек (настоящий Шерлок — А.Б.), то я и заключил, что званого обеда никакого нет, а обедают лишь ближайшие родственники" (письмо А.Г. Достоевской от 9.11.1878).

Таков Достоевский, вынашивающий идеи гениального романа и ревностно считающий количество приборов на столе в доме Каткова…

Дорогой Федор Михайлович, спасибо Вам за все! Без Ваших романов и Ваших слабостей я бы не стал тем, кем я есть на данный момент. Спасибо…

Первоисточник.