Иранские дроны-камикадзе Shahed-136 атаковали Белую Церковь. Чем и как может ответить Украина
"Ночью враг нанес удар дронами-камикадзе Shahed-136 по пункту постоянной дислокации моей бригады. Я там был только раз в жизни, но, по крайней мере, знаю, как выглядят эти древние постройки казармы, кадры, финчасть. Я чувствую по этому поводу ярость. Но ярость особого рода. Она касается не только врага". Мнение.
![Shahed-136 иранский дрон-камикадзе Shahed-136, иранский дрон-камикадзе, дрон-камикадзе Shahed-136, дрон-камикадзе](https://focus.ua/static/storage/thumbs/1290x585/0/b0/729652d7-104ec26e41c6aa881b399bfe3a0fdb00.jpg?v=0721_1)
Эти иранские дроны-камикадзе Shahed-136 пролетели сотни километров и ударили по объекту в нашем глубоком тылу. Именно наличие ракет, способных поражать наш глубокий тыл, было и остается одним из существенных преимуществ РФ в войне с нами. А теперь оказывается, что примитивные дроны с двигателями внутреннего сгорания могут делать практически ту же работу, что и эти расхваленные крылатые ракеты.
И (оказывается!) никто нам, Украине, не мешал создать такие же дроны в тысячных количествах и бить за сотни и тысячи километров в российском тылу.
Представьте, сколько эшелонов с бронетехникой, сколько лагерей и казарм с личным составом мы могли бы уничтожить на дальних подходах, чтобы не пришли сюда? Сколько жертв среди нашей армии и среди мирного населения мы могли бы избежать, если бы ликвидировали в первый же день войны максимум российских войск?
А они тогда ничем не отличались от цели, по которой сегодня ударили в Белой Церкви дронами-камикадзе Shahed-136.
Почему Иран, страна под жесткими внешними санкциями и внутренней религиозной диктатурой, смог создать такое оружие, а мы, одна из самых айтишных стран мира, открытая Западу – не смогла?
Я дважды встречался с предыдущим президентом, говорил и конкретные и абстрактные вещи о необходимости развития отрасли беспилотников в армии. Я встречался с разработчиками и предлагал создать ударный беспилотник, чтобы поражать военные цели в Крыму. Я хотел демонстративно это сделать, взяв политическую ответственность на себя – чтобы показать, что это грозное оружие, способное радикально уменьшить наш дисбаланс сил с агрессором, сбить его надменность.
Естественно, что на меня смотрели, как на сумасшедшего. Нет, для отечественных разработчиков это не было сложно. Просто это никому не требовалось, а для самих разработчиков это был риск больших неприятностей от власти.
Собственно, и сейчас в Украине разработка ударных БПЛА частными компаниями запрещена. В стране, стоящей на грани своего существования, и государственная оборонка которой на 95% состоит из импотенции и коррупции, обычным гражданам запрещено разрабатывать оружие.
Целые отделы в спецслужбах и органах правопорядка получают зарплаты из наших средств – за то, что они следят, чтобы никто из рядовых украинцев не мог заниматься разработкой оружия для защиты страны.
Конечно, оружие все же разрабатывают — но полулегально и только те, у кого блат в ГУР-СБУ-ССО. И властвует над всем этим странная атмосфера: недостаточно кооперации, зато много ревности. Мало открытости к своим же собратьям, много коммерческого и узкого корпоративного интереса.
Я трачу свое почти несуществующее свободное время на разработки и на то, чтобы максимально делиться опытом с другими. К сожалению, так поступают далеко не все, и чем ближе к официальным статусам разработчик, тем меньше он сотрудничает с другими.
Между тем наши, украинские дроны — лучше, современнее иранских. Ярость, ярость чувствую я к россиянам, но не только к ним.
Остается только стиснуть зубы, попрошайничать у читателей копейки, у командиров — свободные часы. Долбить скалу без надежды на быстрый результат и благодарность.
Важно![Путин сдаст Луганскую область? Почему утверждающие это "аналитики" ошибаются](https://focus.ua/static/storage/thumbs/80x45/1/cb/fd5ca615-d6106e127f89a6bb9e79cc3141288cb1.jpg?v=3529_1)