На гребне волны. Плен украинских моряков остается в центре внимания мировых лидеров

2018-12-11 21:04:00

239 2
На гребне волны. Плен украинских моряков остается в центре внимания мировых лидеров

Фото: narodna-pravda.ua

Пока США и другие страны Запада требуют безоговорочного освобождения украинских моряков, захваченных россиянами, Фокус разбирался, какие нормы международного права нарушаются Кремлем, и можно ли рассчитывать на ускорение переговорного процесса

10 декабря состоялся телефонный разговор канцлера Германии Ангелы Меркель с президентом РФ Владимиром Путиным, в ходе которого обсуждался инцидент в Керченском проливе и его последствия. Меркель говорила о необходимости принятия мер, направленных на обеспечение беспрепятственного судоходства через Керченский пролив, а также попросила Путина освободить 24-х украинских моряков.

История вопроса

Напомним: 25 ноября украинские военные катера "Бердянск", "Никополь" и рейдовый буксир "Яны Капу" предприняли попытку пройти из Одессы в Мариуполь, однако подверглись вооруженному нападению в Керченском проливе. Суда были захвачены спецназом ФСБ РФ и препровождены в Керчь, 24-м членам экипажей — трое из них были ранены во время обстрела — суд Симферополя избрал меру пресечения в виде двух месяцев содержания под стражей. 30 ноября украинских моряков доставили в Москву, они находятся в следственных изоляторах "Лефортово" и "Матросская тишина".

По словам Уполномоченного Верховной Рады по правам человека Людмилы Денисовой, состояние раненных моряков стабильное. У двоих военнослужащих ранения рук, повреждены сухожилия, но они уже выходят на прогулки, у третьего — ранения ног, ему оказывается необходимая медицинская помощь.

РФ обвиняет украинских моряков по ч. 3 ст. 322 УК ("незаконное пересечение границы группой лиц по предварительному сговору лиц"), максимальный срок наказания — шесть лет лишения свободы. К слову, до недавнего времени это было одно из отличий украинского и российского законодательств. Так как в Украине длительное время нарушение государственной границы являлось не уголовным преступлением, а административным и наказывалось штрафом.

В свою очередь, после инцидента прокуратура Автономной Республики Крым ведет расследование по статье 438 Уголовного кодекса Украины ("нарушение законов и обычаев войны") и, соответственно, намерена установить законность действий российских военных, которые задержали украинцев в Керченском проливе. "Украинские моряки, которые захвачены в плен, имеют статус военнопленных и попадают под действие третьей Женевской конвенции, — утверждает прокурор АР Крым Гюндуз Мамедов. — В связи с этим Россия обязана придерживаться соответствующих норм международного и гуманитарного права в обращении с моряками. Украине, со своей стороны, крайне важно применять эти нормы для более эффективной защиты наших граждан, которые оказались в плену".

Международная реакция

"Украинские моряки, которые захвачены в плен, имеют статус военнопленных и попадают под действие третьей Женевской конвенции"

Гюндуз Мамедов, прокурор АР Крым

События в Керченском проливе вызвали бурную реакцию международного сообщества. С требованиями освободить украинских моряков и вернуть корабли без дополнительных условий выступили США, Великобритания, Германия, Польша, Литва, Швеция, Эстония, Нидерланды, Болгария, Грузия, Латвия и Канада.

Еще одним инструментом давления на Кремль стало обращение Министерства юстиции в Европейский суд по правам человека. Отметим, что ЕСПЧ без промедления вынес решение, которым обязывает российские власти предоставить информацию о захвате моряков, юридических основаниях задержания, дальнейшего содержания, ранениях и оказываемой помощи. Вполне ожидаемо, что РФ игнорировала это решение международной судебной инстанции, так как и ранее и в других случаях российская сторона игнорировала решения ЕСПЧ.

По заявлению ФСБ РФ, украинские корабли "незаконно вошли в территориальные воды РФ и направились к Керченскому проливу". Однако согласно координатам, которые обнародовала ФСБ, задержание кораблей с применением оружия происходило в международных водах (более 12 миль от берега). Следовательно, на украинских моряков распространяется Конвенция ООН по морскому праву, по которой корабли пользуются в открытом море полным иммунитетом от юрисдикции какого-либо государства, кроме того, под чьим флагом они находятся.

Пресс-служба Министерства по вопросам временно оккупированных территорий сообщает, что "согласно определению из Резолюции 3314 Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 года, нападение вооруженными силами одного государства на морские силы или флот другого государства является агрессией". 

Статус

Украина придерживается того, что налицо все признаки акта агрессии в Керченском проливе, поэтому моряки считаются военнопленными и к ним необходимо применять нормы Женевской конвенции. Это означает, что военнопленных нельзя судить в судах общей юрисдикции, они не могут содержаться в следственных изоляторах вместе с уголовными преступниками и для их освобождения предусмотрена отдельная процедура обмена через Красный Крест.

"Мы передали всем нашим международным партнерам четкую юридическую позицию: наши моряки являются военнопленными и находятся под защитой Женевской конвенции 1949 года. Следовательно, на них никоим образом не распространяется российское право", — заявил министр иностранных дел Павел Климкин.

Российская сторона настаивает на своем. "Украинские граждане обвиняются в совершении уголовного преступления и в соответствии с Конвенцией об обращении с военнопленными, подписанной в Женеве 12 августа 1949 года, не могут считаться военнопленными, поскольку Российская Федерация и Украина не находятся в состоянии военного конфликта или войны", — считает начальник следственного управления ФСБ РФ Михаил Шишов.

Украинские юристы склоняются к тому, что инцидент в Керченском проливе можно квалифицировать по статьям 146 и 147 Уголовного кодекса "захват заложников" и "незаконное лишение свободы или похищении человека"

Среди украинских юристов применение правовых норм вызывает много вопросов. "Необходимо говорить о том, что существуют четыре правовые позиции по данному вопросу, — обращает внимание Фокуса бывший начальник следственного управления СБУ генерал-майор Василий Вовк. — Первая: украинские моряки — это лица, которые обвиняются в незаконном пересечении границы, вторая — военнопленные; третья — произошел захват заложников; четвертая — произошло преступление по признакам статьи 146 УК Украины "незаконное лишение свободы или похищение человека".

По замечанию Вовка, для применения Женевской конвенции и определения статуса военнопленных не хватает ряда правовых обстоятельств. "Состояние войны не объявляла ни Украина, ни Российская Федерация, признаки вооруженного конфликта действительно присутствуют только в Донецкой и Луганской областях. Соответственно, без факта объявленной войны сложно говорить о существовании военнопленных. Это правовые, а не политические вопросы", — заключает Вовк.

При этом в международных документах однозначных ответов по разъяснению рассматриваемой нами ситуации не существует.  

"Четкого международного решения этой правовой коллизии нет. Статус военнопленных применим только для военных конфликтов, которого де-юре нет между Украиной и РФ. Есть вопрос национального законодательства, который четко регулирует отношения в стране, а на международном уровне согласованного решения данной проблемы не существует", — говорит Фокусу заместитель председателя комитета Ассоциации адвокатов Украины по верховенству права и защите прав человека Анна Коновалова.

При этом украинские юристы склоняются к тому, что инцидент в Керченском проливе можно квалифицировать по статьям 146 и 147 Уголовного кодекса. Речь идет о захвате заложников (ст. 147) и "незаконном лишении свободы или похищении человека" (ст. 146).

"Если квалифицировать происшедшее как захват заложников, то можно говорить о скрытых требованиях российской стороны не нарушать границ того, что они считают своим, — делится мнением с Фокусом Василий Вовк. — На мой взгляд, к ситуации наиболее применима статья 146, по которой украинская сторона должна проводить расследование обстоятельств. При этом в рамках такого расследования необходимо ответить на вопросы: кто направил наших военнослужащих, на основании чего, был ли анализ ситуации и предупреждения об угрозах. В таком случае можно будет составить объективную картину случившегося".

По предположению Вовка, дальнейшее развитие событий приведет к тому, что украинские моряки будут осуждены в Российской Федерации как лица, нарушившие госграницу, и получат реальные сроки наказания (до шести лет лишения свободы), после чего можно ожидать результативных переговоров об их возвращении в Украину.

Обменные пункты

Украинские моряки будут осуждены в Российской Федерации как лица, нарушившие госграницу, и получат реальные сроки наказания (до шести лет лишения свободы), после чего можно ожидать результативных переговоров об их возвращении в Украину

Из собственных источников Фокусу известно, что в настоящее время в Украине содержатся до 60 российских военнослужащих, захваченных на Донбассе. При этом некоторые из них находятся под стражей с 2015 года, но переговоры об их обмене заморожены.

Напомним, что самый громкий процесс обмена российских военных произошел в мае 2016 года. Сотрудники ГРУ ВС РФ Евгений Ерофеев и Александр Александров были задержаны в мае 2015 года вблизи города Счастье Луганской области. Голосеевский районный суд Киева признал их виновными в ведении агрессивной войны по предварительному сговору. В мае 2016 года состоялся обмен российских военнослужащих на депутата Верховной Рады Надежду Савченко, которая попала в плен во время боевых действий в 2014 году.

Однако кроме юридических аспектов дела свою роль играют и моральные.

"Сейчас мы все говорим о том, что нам необходимо любой ценой освободить наших ребят, и это эмоции, которые абсолютно понятны и на которых Россия научилась играть уже много лет. Вот на этих эмоциях нас фактически заставят, если мы согласимся, признать, что наши моряки виновны и они не находились в нейтральных водах. Если мы соглашаемся, то наши моряки — это нарушители границы, и мы признаем априори правоту действий РФ в Черном море", — рассказывает Фокусу первый заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Георгий Тука.

Добавим, что в деле украинских моряков появились и новые риски. В частности, их адвокат Николай Полозов не исключает, что военнослужащим могут быть предъявлены новые обвинения по другим статьям Уголовного кодекса.

Бытовые условия

Женевская конвенция определяет бытовые нормы обращения с военнопленными, которые имеют отличия от условий содержания лиц, отбывающих наказание за уголовные преступления.

Так, у военнопленных не могут отбирать удостоверения личности и вещи личного пользования (за исключением оружия, снаряжения и военных документов). Это же касается и знаков различия и государственной принадлежности. При этом государство, которое захватило пленных, обязано при необходимости обеспечивать их одеждой, бельем и обувью в соответствии с климатом. Для этого может быть использована и форма неприятельской армии, если она подходит по климатическим условиям.

Наличные деньги могут оставаться в пользовании пленных, и изымать их возможно только по специальному распоряжению офицера, с внесением в реестр сумм и данных о владельце (для возврата при освобождении).

Содержаться военнопленные должны в специальных лагерях, расположенных достаточно далеко от зоны военных действий. При этом Женевская конвенция предписывает содержать пленных не хуже, чем военнослужащих регулярных войск, — это касается и квадратуры помещений и инвентаря (кроватей, одеял, подушек).

В питании у военнопленных не должно быть ограничений. Любые дисциплинарные взыскания, которые затрагивают вопросы питания, строго запрещены. В конвенции прописано, что необходимо считаться с привычным для пленных режимом питания. В курении табака ограничения отсутствуют.

Разрешается использовать трудоспособных военнопленных в качестве рабочей силы, со строгим учетом их возраста, пола, звания и физических особенностей.

Связи с внешним миром ограничены, но военнопленные имеют право переписки — как получать, так и отправлять письма. Даже если государство считает необходимым ограничить корреспонденцию, она все равно должна гарантировать минимум: отправку двух писем и четырех открыток в месяц. Кроме того, разрешены посылки от родственников: продукты питания, одежда, медикаменты и предметы, предназначенные для удовлетворения религиозных потребностей.

Loading...