"Надо же, докторка!" Как использование феминитивов меняет отношение к женщинам в социуме

  • Мария Бондарь

Докторка, инженерка, директорка, редакторка... Использование феминитивов — форм женского рода в названиях профессий и должностей — в последнее время стало причиной жарких споров и в социальных медиа, и в экспертном сообществе. Это касается не только нашей страны.

— Подождите здесь, докторка сейчас вернется.

— Кто вернется?

— Докторка-рентгенологиня, вы же к ней пришли?

— В смысле доктор-рентгенолог?

— Елена Александровна предпочитает, чтобы ее называли докторкой.

Этот диалог я случайно подслушала в приемной диагностического центра. Клиентка недоуменно пожала плечами: "Ну надо же, докторка!" — и села на диванчик рядом со мной. Воспользовавшись моментом, я обратилась к ней.

— А вы чем занимаетесь?

— Маркетолог.

— В смысле маркетологиня?

Она рассмеялась, а между тем я не шутила. Использование феминитивов — форм женского рода в названиях профессий и должностей — в последнее время стало причиной жарких споров и в социальных медиа, и в экспертном сообществе. Это касается не только нашей страны. Дискуссия вокруг феминитивов давно уже приобрела глобальные масштабы, всюду в ней очень активно участвуют представительницы женского правозащитного движения. Любопытно, что если в англоязычных странах они борются за отказ от подчеркивания принадлежности к женскому полу, то у нас, напротив, настаивают на максимально широком применении феминитивов. И, надо сказать, по обоим векторам защитницы прав женщин достигли определенных успехов. 

В англоязычных странах в большинстве официальных документов используются исключительно гендерно нейтральные формы, и это считается серьезным прорывом в смысле равенства полов. В Украине происходит ровно наоборот — формы женского рода в названиях профессий, должностей, научных регалий и обозначений социального статуса, которые прежде нельзя было употреблять в официальных документах, фактически легализованы. Они есть в новой редакции "Українського правопису", утвержденной постановлением Кабмина в мае прошлого года, кроме того, возможность обозначения профессий существительными женского рода отражена в Классификаторе профессий.

Гибкость языка

На первый взгляд ситуация кажется парадоксальной. В Великобритании кинозвезда Кейт Бланшетт, известная своими феминистскими взглядами, публично заявляет, что ее нужно называть актером, а не актрисой, потому что слово "актриса" имеет уничижительное значение. В Украине же активистки и последовательницы феминистского движения радуются тому, что на государственном уровне признана корректность использования слов "докторка", "профессорка", "инженерка", "директорка" и т. д. 

Норма. В Украине становится все больше людей, считающих, что использование феминитивов — это норма (фото: УНИАН)

Заместитель главы ОО «ЕдКемп Україна» Елена Масалитина убеждена в том, что никакого парадокса здесь в действительности нет. Корректность применения "гендерно нейтрального" и "гендерно чувствительного" подхода зависит от предыстории развития социума, о котором идёт речь. "Невозможно из абсолютного андроцентризма [доминирования мужской нормы] в языке и обществе просто "перепрыгнуть" в ситуацию, когда пол вовсе не имеет значения, — убеждена Масалитина. — Хотим мы того или нет, нужно пройти некий промежуточный этап признания значимости женщины в каждой сфере деятельности, увидеть ее присутствие. Научиться для начала учитывать ее потребности и интересы. Языковые инструменты очень в этом помогают".

Елена Масалитина также подчеркнула, что в англоязычной и украиноязычной среде действуют разные закономерности, связанные со спецификой языков. В отличие от английского украинский язык флективен (от латинского flectivus — "гибкий"), словообразование в нем происходит в значительной степени за счет суффиксов и окончаний. По мнению Масалитиной, именно для украинского языка феминитивы абсолютно органичны. 

Хорошо забытое старое

"Феминитивы для украинского языка не новшество. Тем, кто в этом сомневается, предлагаю заглянуть в Академический толковый словарь украинского языка, изданный в 1970-х. Слово "лікарка" употребляла еще Марко Вовчок. Также в словаре можно найти "директорку", "інженерку", "юристку", "членкиню" и еще множество других обозначений профессий женского рода", — говорит Александра Голуб, глава Лиги защиты прав женщин. 

Масалитина обращает внимание на то, что в СССР постепенное вытравливание феминитивов было частью государственной политики русификации. В украинском языке есть более 13 суффиксов, с помощью которых можно образовывать существительные женского рода, а в русском — всего три-четыре. Богатство феминитивов было одним из идеологически вредных для советской власти отличий украинского языка, поддерживавших национальную идентификацию. 

Основательница сообщества "Фемінізм УА" Мария Дмитриева согласна с тем, что феминитивы стали одной из жертв зачистки украинского языка под русский, но подчеркивает, что даже в русском их изначально было не так уж мало. "В украинском языке феминитивы постепенно возрождаются, в русском, в общем, тоже, но там этот процесс идет гораздо тяжелее, потому что в их культуре быть женщиной еще более унизительно, чем в нашей. Речь идет о признании самого факта существования женщин", — говорит Дмитриева. Она ссылается на гипотезу лингвистической относительности Сепира — Уорфа, предполагающую, что структура языка определяет мировоззрение его носителей. Если нет слова, значит, нет и понятия, а явление, которое оно должно обозначать, остаётся непоименованным и как бы незамеченным. Таким образом, феминитивы делают присутствие женщин в разных сферах жизни более очевидным, а словесное описание окружающей действительности — более правдивым. Без специальных уточнений, без языковых маркеров, обозначающих женский род, по умолчанию всегда кажется, что человек, о котором говорят, — мужчина.     

"Неженские дела"

"Важно понимать, что этот спор касается не только филологов, а всех членов общества, — говорит Виктор Тодстер, профессор кафедры социальной психологии университета Мериленда. — Вопрос о том, как тебя называют, всегда эмоционально заряжен. Он не только отражает отношение к тебе, но и отчасти формирует его. В нем всегда есть элемент оценки статуса. Этот элемент становится ключевым, когда обращение касается именно работы, а не роли в семье или дружеской компании. В современном мире социальный статус человека определяется именно тем, чем он занимается. Знакомясь с кем-нибудь, вы наверняка начинаете рассказ о себе именно с профессии. Не задумывались, почему? Название профессии или должности в наши дни стало самым простым ответом на вопрос, кто я и какого обращения достоин".   

Если в англоязычных странах борются за отказ от подчеркивания принадлежности к женскому полу, то у нас, напротив, настаивают на максимально широком применении феминитивов

Названия многих профессий и должностей, научных степеней и понятий, определяющих социальный статус, мы привыкли слышать исключительно в мужском роде. Вероятно, такая специфика восприятия сохранилась в массовом сознании еще с тех времен, когда в социуме существовало категоричное разделение функций на "женские" и "мужские". Например, "учительница", "продавщица", "уборщица", "секретарша", "официантка" вполне привычны. Однако, если попытаться образовать существительное женского рода от названий работы тех, кто ими руководит, получатся слова, режущие слух обывателя. Иногда добавление суффикса, обозначающего женский род, придает оттенок скептического или даже пренебрежительного отношения к тому, о ком говорят. К примеру, "профессорша" или "директриса" — широко употребляемые, но стилистически маркированные слова. Люди, как правило, не используют их в отношении тех, кого уважают или кому симпатизируют. Любопытно, что чем значимее считается обозначаемая роль и чем выше статус она предполагает, тем более странным кажется образование феминитива. Видимо, поэтому даже в разговорной речи почти не встречаются формы женского рода, образованные от слов "мэр", "министр", "дипломат", "президент" и т. п.  

Названия некоторых занятий изначально предполагают, что выполнять эту работу надлежит женщине. К примеру, слова "няня" и "посудомойка" как будто и не предполагают возможности задействования работников мужского пола. Скорее всего, именно потому, что речь идет о непрестижной, низкооплачиваемой работе, в которой мужчины попросту не заинтересованы. Впрочем, иногда именно отсутствие маскулинитива [обозначения в мужском роде] усиливает стереотипное восприятие какой-то работы как не подходящей для мужчин. 

Такая ситуация в свое время сложилась со средним медицинским персоналом, отвечавшим за выполнение предписаний врачей и уход за больными. Начиная с 1950-х годов эту работу называли "сестринским процессом", выполнявшие ее люди именовались "медицинскими сестрами", изначально это были исключительно женщины. Название "медбрат" появилось относительно недавно, оно обозначает ровно тот же набор обязанностей. Уточнение пола работника кажется формальностью, однако практика показывает, что после того как это название вошло в обиход, мужчины стали гораздо охотнее брать на себя функции среднего медперсонала.

Проблема неопределенности

Сегодня в Украине есть два нормативных документа, формально легализующих феминитивы, но почти отсутствует практика их использования в документации и официальной переписке. В деловом и неформальном общении феминитивы остаются делом вкуса, и многие до сих пор считают их "загрязнением языка". В книге "Femina cognita. Українська жінка у слові й словнику", которую в прошлом году издала Алла Архангельская, профессорка славистики из университета Палацкого (Оломуоц, Чехия), фигурируют результаты опросов 2018 года, свидетельствующие о том, что украиноязычная общественность в целом принять феминитивы пока не готова и воспринимает их как странную языковую "моду". 

Чем значимее считается обозначаемая роль, тем более странным кажется образование феминитива. Видимо, поэтому почти не встречаются формы женского рода, образованные от слов "мэр", "министр", "дипломат", "президент"  

Теоретически описание этих форм в утвержденных Кабмином правилах правописания ("Український правопис") и признание их корректности в Классификаторе профессий могли бы изменить ситуацию. Если названия профессий и должностей в женском роде появятся в документации и официальной переписке, никто уже не назовет их "искажением языка". Однако формальная возможность использования еще не означает, что эти слова и вправду начнут активно употреблять, составляя различные документы. 

"Правопис" описывает способы образования феминитивов, а постановление Минэкономики разрешает их использовать параллельно с маскулинитивами, но ни в одном из этих документов нет перечня форм феминитивов для каждой профессии, — говорит Елена Масалитина. — Представьте себе кадровика, который составляет рабочий документ, не зная точно, как правильно образовать женский род от какого-то конкретного названия профессии или должности и в каких именно документах его допустимо использовать. Скорее всего, он предпочтет обойтись вообще без феминитива. В ближайшее время этим вопросом займется Национальная комиссия по стандартам языка. Впереди множество лингвистических и юридических консультаций, но радует уже то, что ни в одном ведомстве нет негативного отношения к этому вопросу. Важность феминитивов признали на государственном уровне, осталось только обсудить и описать детали".