Война в Израиле. Кто выиграл, кто проиграл и почему рано "хоронить" конфликт

Причины, приведшие к эскалации, остаются прежними, и никто с двух сторон не продемонстрировал желания или способности что-то изменить. А это значит, что недавнее обострение далеко не последнее, и мы еще увидим вспышки насилия в регионе. 

Чтобы закрыть тему с Израилем и Палестиной. Какие основные выводы можно сделать по итогам 11 дней израильско-палестинской эскалации? 

1. Движение ХАМАС укрепило свои политические позиции на палестинских территориях, и подняло свои "акции" накануне любых потенциальных выборов. По сути, исламисты размазали своих оппонентов из других палестинских фракций. 

2. Признаваемое в мире руководство Палестинской автономии в Рамалле остается политически стагнирующим и морально слабым. Они не воспринимаются, как авторитеты в обществе, а их влияние оказалось пустышкой. Махмуд Аббас и его окружение, скорее всего, проиграют любые выборы, которые пройдут в Палестине. 

3. Премьер-министр Израиля Нетаньяху одержал тактическую политическую победу. Формирование оппозиционной коалиции сорвано. Его позиции укреплены, имидж "лидера военного времени" снова засиял, а рейтинги пошли немного вверх. Есть шанс получить мандат и снова попробовать сформировать правительство, или уйти на пятые досрочные выборы. 

4. Израиль проиграл битву за медиа-картинку происходящего в Газе в мировых, особенно, европейских СМИ. Видно, что часть старых нарративов (про жертву, осажденную крепость, арабов-террористов и т.д.) уже работают не везде и не всегда. Ну и массированные бомбежки, особенно по медиа-штабу иностранных журналистов, имели очень негативный эффект на публику. 

Важно
Дай Газу. Почему для Израиля важно завершить военную операцию именно сейчас

5. Европа остается слабым и пассивным внешним игроком на израильско-палестинском направлении. За 11 дней страны ЕС так и не смогли согласовать единую позицию по эскалации. Они с 2016 года остаются расколотыми по Израилю и Палестине. 

6. Критиковать Израиль — больше не такое жесткое табу, как раньше, и уже не означает "политического самоубийства" на Западе. Критики было реально много, она раздавалась все чаще и все громче. 

7. Внешнеполитическое кураторство на этом направлении удержали традиционные игроки: США, Египет, Катар, Иордания. Новые игроки зайти на это поле пока что не смогли. 

8. Нынешнее руководство Израиля не имеет политической воли и желания идти на компромиссы по урегулированию отношений с палестинцами, и продолжает действовать преимущественно силовыми методами.

Причины, приведшие к эскалации, остаются прежними, и никто с двух сторон не продемонстрировал желания или способности что-то изменить. 

9. Как и везде, политический центр умирает, а восходят радикальные лагеря, как среди палестинских политических сил и движений, так и в Израиле. И чем дольше конфликт будет отравлять взаимоотношения арабов и евреев, тем сильнее будет становиться токсичная атмосфера, которую он порождает в последнее время, вызывая конвульсии подобно той, которую мы наблюдали 11 дней. А это значит, что обострение далеко не последнее, и мы еще увидим вспышки насилия в регионе. 

Политический центр умирает, а восходят радикальные лагеря, как среди палестинских политических сил и движений, так и в Израиле.
Политический центр умирает, а восходят радикальные лагеря, как среди палестинских политических сил и движений, так и в Израиле.

10. Так называемый "мирный процесс" умер. Я не вижу перспектив его "реанимации". То, что пытались вывести из комы через соглашения Осло 1993 года, уже совсем не актуально. Это значит, что путь к выходу из конфликта лежит в поиске новой парадигмы урегулирования, которая может отсечь некоторые вопросы, что были принципиальными для предыдущей эпохи как для израильтян (создание еврейского государства, водные ресурсы), так и для палестинцев (беженцы, поселенцы и т.д.) 

11. Израильско-палестинский конфликт, несмотря на то, что ему уже много лет, рано хоронить. Более того, он впервые за много десятилетия выплеснулся за пределы оккупированных территорий, и охватил даже израильские города, что порождает новую вводную для конфликта, которая может либо выступить как сдерживающий фактор для властей, либо наоборот, стать дополнительным катализатором обострения в ближайшем будущем. 

Первоисточник.

Публикуется с согласия автора.