На фоне войны с Ираном Дональд Трамп заявил, что США якобы "потратили" значительную часть своих запасов вооружения на помощь Украине, но в то же время заверил в "почти неограниченных" возможностях американского арсенала. Фокус разбирался, означает ли это изменение правил игры для Киева и как ближневосточная эскалация может повлиять на баланс вооружений между Украиной и Россией.
После ударов по Ирану мировая геополитика входит в фазу открытой перегруппировки. Если Тегеран действительно является стратегическим узлом антизападной коалиции, то нынешний конфликт может стать тестом на прочность всего блока союзников Кремля. Фокус выяснил, сужается ли круг партнеров Москвы и кто может остаться рядом с Россией в новой геополитической реальности.
Четыре года войны украинское небо остается закрытым для гражданской авиации. Аэропорты выживают без доходов, самолеты работают за рубежом, а страна рискует потерять главное — своих пилотов. Вопрос уже не только в том, когда откроют небо, а будет ли кому поднимать самолеты после войны. Фокус выяснил, куда делись украинские гражданские летчики и вернутся ли они домой.
После зимы украинские трассы снова превратились в полосу препятствий. Выбоины на международных и национальных маршрутах измеряются уже не сантиметрами, а метрами, а водители снова шутят, что вместе со снегом "сошел" и асфальт. Фокус разбирался, почему государственные дороги массово разрушаются именно сейчас, действительно ли виновата только погода и реально ли восстановить ключевые магистрали за полгода.
Он говорил о войне тогда, когда в России праздновали "крымскую весну". Он кричал, что Донбасс — это не "гражданский конфликт", а операция Кремля. Но россияне так и не услышали своего последнего системного оппозиционера. Фокус рассказывает, кем был Борис Немцов и как Путин избавился от одного из самых последовательных своих противников.
Более 60 лет назад в небо поднялся самолет, аналогов которому не было. "Антей" стал первым в мире широкофюзеляжным военно-транспортным гигантом и самым большим турбовинтовым самолетом своего времени. Как рождался Ан-22, почему его считали слишком смелым и как стал психологической репетицией "Руслана" — Фокусу рассказал авиационный эксперт Константин Криволап.
После теракта во Львове дискуссия о Telegram из кулуарной вдруг стала государственной. В Офисе президента заговорили об ограничении мессенджера, в парламенте — о создании украинского аналога, а эксперты — о рисках анонимности, больших деньгах и возможном политическом подтексте. Фокус выяснил, действительно ли Украина готова пойти по пути блокировки, что это будет означать для безопасности и какие последствия для информационного пространства.
РФ снова устанавливает новые амбициозные дедлайны — полную оккупацию Донецкой области до конца марта. Параллельно на юге Украины усиливают оборону: Одессу и область готовят к круговой обороне с инженерными рубежами и многоуровневой системой защиты. Фокус выяснял, имеет ли Кремль реальные ресурсы для такого наступления и к какому именно сценарию готовится юг.
Романтика первых месяцев войны исчезла. Четвертый год большой войны украинцы встретили без иллюзий и значительно жестче. Если в 2022-м доминировали эмоции единства и веры в скорую победу, то сегодня все чаще звучат требования ударов по территории РФ, жестких решений и честных правил внутри страны. Война изменила не только фронт — она изменила общество. Как именно трансформировались украинцы за годы полномасштабного вторжения — рассказывает Фокус.
После теракта во Львове, где погибла полицейская и более 20 человек получили ранения, в Украине произошли еще два взрыва — в Днепре и Николаеве. Во всех случаях мишенью были правоохранители. Фокус выяснил, что стоит за новой волной терактов и почему эксперты говорят о системной угрозе.
