Интернет без Google, Apple и Facebook: каким будет Интернет после штурма Капитолия

Фейсбук, Цукерберг, соцсети, телеграм
Фото: unsplash.com

Какими будут последствия "капитолийского штурма" для американских BigTech-компаний и сможет ли Telegram захватить мир, разбирался Фокус.

После того, как аккаунты президента США Дональда Трампа были заблокированы в популярных социальных сетях, а сервис Parler, которым активно пользовались сторонники Трампа, отключили от серверов и удалили его приложение из магазинов приложений, — не только в США, но и во всем мире вспыхнула дискуссия вокруг свободы слова в Интернете. На повестке дня оказались важные вопросы: как государства могут урегулировать вопрос цензуры в Сети? Стоит ли ужесточить антимонопольное законодательство, чтобы воздействовать на интернет-гигантов, захвативших рынок? Имеют ли право BigTech-компании, прикрываясь разделом 230 закона об этике в сфере коммуникаций (Communications Decency Act) от 1996 года, "стирать" пользователей из цифрового мира под видом цензурирования вредоносного контента? И самый главный вопрос: что теперь делать тем пользователям, которые чувствуют себя "под колпаком" у могущественных Google, Facebook, Apple и пр.? Где искать альтернативу? Или стоит начать создавать ее самостоятельно?

Кто в силах победить Google, Apple и Facebook?

Скандал вокруг гигантов Интернета пошел на пользу создателю Telegram Павлу Дурову. Он уже несколько лет ведет идеологическую войну против Apple, открыто критикуя ее политику навязывания собственных правил другим компаниям, а также пользователям. В своем недавнем посте в Telegram он написал, что "Apple и Google представляют гораздо большую проблему для свободы, чем Twitter. Apple является наиболее опасной из этих двух компаний, потому что она может полностью ограничить приложения, которые вы используете, в то время как на Android вы можете устанавливать собственные приложения в виде APK".

Плюс ко всему Telegram славится своей любовью к свободе слова, хотя и обязуется передавать данные пользователей спецслужбам по решению суда. Тем не менее, сюда сливают личные данные людей, а потом эти люди подвергаются кибер-преследованиям. Туда же льются данные от военных в "специализированные каналы", основанные непонятно кем. Пропаганда, порнография, рецепты самодельных бомб — подобной информации достаточно в анонимных каналах, при этом невозможно определить ни подлинность/фейковость информации, ни настоящего владельца канала. Согласно данным отчета Проекта по противодействию экстремизму, "…гибкий интерфейс сервиса позволяет экстремистам вести пропаганду, рекламировать свои каналы, планировать атаки, не рискуя быть обнаруженными правоохранительными органами". В отчете подробно рассказывается, как мессенджер использовался членами ИГИЛ. Однако Дурова это не взволновало. Он отреагировал фразой "наше право на приватность переписки важнее страха перед терроризмом". И только после терактов в Париже, произошедших в 2015 году, начал блокировать каналы террористов.

Chris Ratcliffe/Bloomberg
Павел Дуров - яркий оппозиционер Apple
Фото: Chris Ratcliffe/Bloomberg

Пока что Дуров только выиграл от "капитолийского штурма" и обновления условий пользовательского соглашения WhatsApp — его мессенджер получил 500 млн активных пользователей за месяц, пользователи из США в течение нескольких дней скачали приложение 545 тыс. раз. Популярности продукту добавило и то, что президент Турции Реджеп Эрдоган и премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху обзавелись собственными аккаунтами "под шум волны". Кстати, в Telegram вещают и украинские политики, например, президент Украины Владимир Зеленский. А вот каналу, который связывали с Дональдом Трампом и который за несколько дней собрал сотни тысяч подписчиков, не повезло — его обозначили как фейковый. Интересно, что в 2016 году мессенджер популяризировали кремлевские пропагандисты, а в 2021-ом — американские правые радикалы.

Учитывая, что Дуров создал две альтернативные американским платформы, — ВКонтакте и Telegram, — можно предположить, что следующим его проектом станет создание собственной поисковой системы/магазина приложений/видеохостинга/криптовалюты (последнее он уже пытался воплотить в жизнь, но безуспешно). Однако скрытность айтишника вызывает много вопросов и, как следствие, недоверие к нему и его продуктам. Например, он тщательно прячет компанию — никаких выходных данных о ней на официальных ресурсах нет. На запросы журналистов он тоже не отвечает. И только благодаря докладу Комиссии по ценным бумагам и биржам США, составленному по итогам допроса Дурова касательно запуска криптовалюты Gram, удалось по крупицам собрать хоть какую-то информацию. Итак, во время допроса он сказал, что в разработку Telegram вложил личные деньги и привлек частного инвестора из города Буффало (штат Нью-Йорк, США). Имя инвестора он не назвал. В отчете также сказано, что компания Telegram зарегистрирована на Британских Виргинских островах (известная оффшорная зона). В разделе FAQ Telegram указано, что команда разработчиков, по большей части, из Санкт-Петербурга, а офис находится в ОАЭ. Но так как проверить эту информацию нельзя, потому как фактический адрес нигде не указан, офис компании может располагаться и в РФ. И сервера тоже. Хотя недавно Павел заявлял, что его продукт и компанию нельзя считать российскими: "У мессенджера нет сервисов или офисов в России", — писал он в своем канале. Но эксперт по кибербезопасности Сергей Позний с этим утверждением не согласен.

"Тезис о "не имении отношения к РФ" лучше всего иллюстрируют откровения первого сисадмина ВКонтакте Антона Розенберга, которые ему пришлось написать в ответ на буллинг со стороны его тогдашнего прямого начальника — технического директора ВКонтакте Николая Дурова. Автор достаточно подробно описывает, как появился Telegram: он был создан командой ВКонтакте, он принадлежит и контролируется россиянами, братьями Дуровыми, после переезда в Европу, и после релокации, платформу сопровождала и поддерживала российская команда, по состоянию на начало 2019 года мессенджер финансировался Дуровым. Подавляющую часть суммы в $ 1,7 млрд, которая была собрана Дуровым весной 2019-го с намерением провести ICO и выпустить собственную криптовалюту, предоставили российские инвесторы (или инвесторы "российского происхождения"). А в остальном, да — никакого отношения к РФ мессенджер не имеет. Под "остальным" я подразумеваю регистрацию компаний Дуровых (которых на поверку несколько и в различных юрисдикциях) и т.н. "сервера", поскольку с какого-то момента Telegram начал использовать "виртуальные сервера" в облаке Google", — поделился своим мнением Сергей.

Сомнительными выглядят и его постоянные заявления о том, что Telegram безопаснее WhatsApp и других подобных сервисов. Мы же не в идеальном мире живем, да и Telegram взламывали не один раз. Ложку дегтя добавил и бывший директор особых направлений Telegram Антон Розенберг. В одном из интервью он рассказал, что безопасность мессенджера — "миф, придуманный самим Дуровым". По его словам, двухфакторная аутентификацию в Telegram была разработана не до запуска продукта в 2013 году, а 2 года спустя — в 2015-ом и оставалась чисто опциональной еще долгое время.

"Интересен ещё один момент. На 8-ом году существования, Telegram всё ещё убыточный стартап (за это время Маск построил и испытал корабли для полёта на Марс), без инструментов монетизации. То есть он существует на субсидии. Доходность этой платформы под большим сомнением. Понятно, что рано или поздно платформу кто-то купит. Вопрос в том, кому она нужна в таком коммерческом качестве, кроме бизнесменов "российского происхождения" (вполне возможно, что "покупка" уже произошла под ширмой сбора средств на криптовалюту, которая не была выпущена", — прокомментировал Сергей Позний, основатель и CEO inAspect, эксперт по вопросам кибербезопасности.

Из президента — в стартаперы

Вскоре после того, как Twitter навсегда удалила личный аккаунт Дональда Трампа, он воспользовался официальным президентским Twitter, чтобы сообщить о намерении создать собственную соцсеть. Но и это сообщения тоже вскоре было удалено. И все же: может ли сэр Дональд в действительности основать собственную интернет-компанию с магазином приложений, соцсетью, видео- и фотохостингом и зарегистрировать ее, как иностранную? Вполне.

В сентябре 2020 года издание Forbes опубликовало ежегодный рейтинг 400 богатейших американцев, согласно которому Дональд Трамп занял 339-е место со своими $2,5 млрд. Журналисты отметили, что он потерял в течение года $600 млн по причине пандемии коронавируса. Дело в том, что основной актив Трампа — недвижимость, а стоимость офисных зданий и отелей обрушилась из-за низкого спроса. Раз уж недвижимость нынче не в цене, почему бы не диджитализировать свой бизнес? Да и капитала в $2,5 млрд вполне хватит для создания интернет-компании, а если еще и инвесторов привлечь…

Однако недостаточно просто "создать свою соцсеть". Монополисты не допустят появления альтернативного ресурса, даже если ему удастся разместиться на чьих-то, неподконтрольных монополистам, серверах. Если его рекламные кампании просто начнут блокировать, и мир вряд ли узнает о "Трампограме" (или "Трамптере"). В таком случае, ему следует попытаться создать собственную экосистему — что-то типа Трампонета внутри Интернета. Также уберечь от сильных конкурентов сможет и ужесточение антимонопольного законодательства.

Разделяй и властвуй

Американские BigTech-компании в приверженности демократам не обвинял только ленивый — многие СМИ перемыли им косточки в этом отношении. Но даже в самих США, где давно привыкли к расколу медиасферы (к примеру, не секрет, что Fox News открыто поддерживает республиканцев, а CNN — демократов), очень остро отреагировали на бан аккаунтов Трампа. Многие возмущены тем, что частные лица, владеющие онлайн-платформами, которыми могут пользоваться все без исключения, вдруг по каким-то причинам решают вычеркнуть определенного человека из диджитал-среды. Абсолютно и навсегда. В современном мире, это чуть ли не равносильно перекрытию кислорода.

Но ничего сделать с этим нельзя по двум причинам. Первая: соцсети делают публичную оферту, которая и регулирует их взаимоотношения с клиентами. Пользователи — если им что-то не нравится — могут просто ее не принимать и не регистрироваться.

"По сути, бан аккаунта Дональда Трампа считать цензурой нельзя, потому что цензурировать имеет право государство. Тут же речь идет о частных компаниях. Если в договоре публичной оферты были пункты, предупреждающие потенциальных пользователей о возможности бана или удаления их контента по каким-то причинам, то никаких претензий к интернет-компаниям быть не может. Вопрос в другом: не подменяют ли собой американские интернет-монополии государственные органы? Потому как регуляция — это дело госорганов, а вовсе не частных компаний. С другой стороны, если частные компании решили защитить своих пользователей, расценив посты Трампа, как нежелательный контент, то они поступили правильно, ведь то же самое государство обязывают их поводить модерацию", — прокомментировал Фокусу Константин Корсун, эксперт по кибербезопасности.

Вторая причина изложена в параграфе 230 закона Communications Decency Act от 1996 года, который звучит так: "Ни провайдер, ни пользователь интерактивного компьютерного сервиса не считаются издателем или носителем какой-либо информации, предоставленной другим провайдером информационного контента". Это означает, что интернет-компании имеют право ограничивать доступ к контенту на свое усмотрение, если сочтут его "нежелательным". Таким образом закон освобождает интернет-компании от ответственности за удаление постов и баны пользователей, тем самым защищая их от исков со стороны недовольных пользователей.

И снова возникает двоякая ситуация: на одной чаше весов — необходимость регулирования пользовательского поведения с целью недопущения анархии, на другой — жесткая цензура. Как решить эту дилемму? Можно ослабить монополистов и лишить их всеобъемлющей власти.

В октябре 2020 года Конгресс США опубликовал отчет по итогам антимонопольного расследования против Apple, Google, Amazon и Facebook. Конгрессмены пришли к выводу, что все эти компании злоупотребляют своим положением на рынке, поэтому их необходимо разделить, приняв соответствующие поправки к антимонопольному законодательству. Однако соответствующие поправки пока не были внесены, — видимо, все были заняты президентскими выборами. Но после того, что случилось с пользователем Трампом, можно было бы начать действовать. Однако Конгресс сегодня больше занимает вопрос возможного импичмента действующему президенту.

Локальная Сеть

Создав собственный "национальный" Интернет, как в КНР или, к примеру, в РФ, можно выстроить абсолютно новую систему правил. По пути локализации Сети могут пойти (и уже это делают) разные государства, в корне несогласные с политикой, диктуемой американскими интернет-компаниями. Однако с приходом к власти Джо Байдена, сомневаемся, что теперь такой сценарий возможен в самих США. Что касается Трампа, то, возможно, он предпринимал попытки сделать это, убирая с рынка США китайские tech-компании и подставляя американских интернет-гигантов в качестве мишени Конгрессу и антимонопольным органам.

И третий вариант для Трампа, всех, кто его поддерживает, всех несогласных с цензурированием контента в соцсетях, — создать альтернативную онлайн-экосистему, в которой не будет места ни Google, ни Apple, ни Facebook. Невероятно? Но, как мы говорили ранее, Дуров уже пытался сделать нечто подобное в Рунете. Почему бы этот опыт не повторить, объединив вокруг себя небольшие, но имеющие потенциал, интернет-компании?..

Ярким примером стлал мессенджер Signal, на который перешли многие пользователи после новости о смене условий политики конфиденциальности данных WhatsApp.

"Заменителем" Facebook может стать американская соцсеть Telepath, созданная бывшим топ-менеджером Quora Марком Бодником и называемая "самой доброжелательной". Обеспечить приемлемое поведение в ней призвана усиленная система модерации. Есть еще и японский аналог — Under World, где пользователь может оставлять только хорошие комментарии, смоделированные ИИ.

Instagram, где все занимаются самолюбованием, легко заменит французская Yubo, фишка которой в том, чтобы пользователи собирались по интересам и общались исключительно в "закрытых комнатах" Создатель платформы, французский айтишник Саша Лазими, таким образом хочет изменить тенденцию развития соцсетей, когда большинство аудитории лишь потребляет контент, а меньшинство его производит, в результате чего вторые становятся лидерами мнений и монополизируют внимание первых. В его соцсети каждый может стать лидеорм на время для небольшого комьюнити. Монетизацию тут обеспечивают платные подписки.

"Убийцей" Twitter уже давно окрестили платформу WT: Social, основанную Джимми Уэйлсом, создателем Wikipedia. Джимми применил ту же бизнес-модель, что и в Wikipedia — соцсеть будет существовать на пожертвования пользователей, что избавит ее от рекламы.

И у Google "оппоненты" тоже есть. Например, DuckDuckGo Гэбриеля Вайнберга — поисковая система с открытым исходным кодом, серверами в США и обеспечением максимальной приватности. Поисковик не собирает никаких данных о пользователе, не хранит истории поиска, максимально ограничивает использование cookie-файлов.

Есть еще один хороший вариант — YaCy Михаэля Кристена. Эта система не имеет ни единого сервера, ни компании-владельца (кроме Михаэля над проектом работало целое комьюнити программистов), что делает результаты поиска максимально независимыми и исключает цензуру. Работает YaCy по принципу P2P-сетей: пользователи устанавливают на свои ПК специальную программу, являющуюся поисковым роботом. Каждый такой робот самостоятельно сканирует Интернет, а полученные результаты складывает в общую базу, к которой есть доступ у всех участников YaCy. К слову, YaCy способен вести поиск в глубоком вебе и неиндексируемых сетях общего пользования.

Стоит отметить, что после демонополизации интернет-рынка подобные сервисы будут появляться, как грибы после дождя. Возможно, это приведет к тому, что слово "гуглить" останется, а самого Google уже не будет.